— Вы ведь не отдадите меня? Правда, владыка? — вкладываю в слова всю свою искренность и детскую наивность. Еще один максимально доверчивый взгляд, а потом прижалась щекой к его камзолу. Противно, но для дела можно потерпеть. Сердце бьется в груди испуганной птахой. Надеюсь, эльф решит, что это от волнения, а не от страха перед ним.
Владыка замирает на бесконечно долгие пять секунд, потом его ладонь тяжело опускается мне на голову. Скупо проводит по волосам.
— Конечно, Вина. Не бойся, тебя никто не сможет забрать. Я не позволю…Девочка моя… — от его низкого шепота, все волоски на теле встали дыбом. И вроде ничего такого он не делает. Просто по голове гладит, но воздух вокруг нас мгновенно сгущается, напряжение нарастает. Я чувствую это во всей его фигуре, отрывистых движениях пальцев, что перебирают мои светлые пряди.
Мама! Похоже, я перестаралась. Никак я не совладаю со своей новой личностью. Особенно вот в такие вот стрессовые ситуации, просто в разнос иду. Слишком разные эмоции, слишком все перемешано и меня бросает из одной крайности в другую. Думала, уже привыкла, нашла точку равновесия. Ан нет. Этот долбаный эльф практически выбил почву из-под ног, и все снова перепуталось в голове.
Хотя одной цели я вроде добилась. Владыка поверил в мой негативный настрой по отношению к отцу и нежелание его видеть. Осторожно отстраняюсь от мужчины. Хватит с него обнимашек.
— Я могла бы сказать это ему лично. Что я хочу остаться здесь, что мой дом в светлом лесу…Возможно тогда он прекратит свои попытки. Мамы уже нет. Зачем я ему? Я его совсем не знаю, — подняв глаза, тихо убеждаю, не отводя взгляда.
Давай же! Разреши. Это же такая малость, которая ничего не изменит. Я же ребенок. Я просто испугалась этих внезапных новостей. Никаких тайных мыслей у меня нет.
— А ты отличаешься от своей матери, Вина, — задумчиво произносит владыка. Его палец скользит по контуру моего лица, мягко очерчивает его изгибы, приподнимает подбородок. — Более смелая, сильная, непредсказуемая… мне нравится. Пока…Не разочаруй меня, девочка.
Тут пальцы резко сжимаются и впиваются в мой подбородок, до боли.
— Я не терплю лжи, Вин-Сола… и предательства. Ты поняла меня? — шипит он, сузив глаза и придвинувшись почти вплотную. Зрачок почти заполнил собой всю радужку, и бешено пульсирует в горящем безумием взгляде.
— П-поняла, — дрожит мой голосок. Фе-е! Ну почему он такой тонкий и испуганный? Но эльфа удовлетворяет такой ответ. Он опять улыбается и разжимает руку, отпускает меня. Точно маньяк!
— Я подумаю над твоим предложением, кайтэсс.[10] Пока ограничимся письмом. Ты ведь напишешь этому наглому лорду то, что только что мне говорила? Можешь даже слово в слово. — довольно мурлыкает он.
В ушах отчетливо щелкнула закрывшаяся дверца мышеловки. Довольна? Добилась своего, идиотка? Владыка не тот с кем можно играть в твои детские игры. Он таких девочек на завтрак ест пачками. Его этими дешевыми трюками не проймешь.
— Хорошо, владыка, — покорно выдавливаю ответ.
— Актар[11], — следует властный приказ. — Я твой главный опекун и тебе следует обращаться ко мне соответствующе.
Приехали… Раньше удовлетворяло такое обращение, а тут вдруг резко перестало. Не нравятся мне эти перемены. Пугает та непредсказуемость, с которой развиваются события. Владыка этот озабоченный. Ну и сама я хороша. Вот чего не сиделось на попе ровно? Таль, любимый, вытащи меня из этого кошмара!
Все эти сумбурные мысли вихрем проносятся в голове, но на лице не дрогнул ни один мускул. Я все еще пытаюсь спасти свой неудавшийся спектакль.
— Простите, актар, — тихо повторяю, скромно опустив ресницы.
— Ты умная девочка, Вина. Я доволен тобой. Можешь идти. Я жду твой вариант письма завтра после обеда. Надеюсь, ты учтешь мои пожелания. Ступай, кайтесс.
И опять этот холодный безучастный голос, словно два совершенно разных человека… тьфу, эльфа, со мной беседуют.
Торопливо поклонилась, следуя этикету, и поспешила к себе, уже не обращая внимания на, покалывающую от настойчивого внимания владыки, спину.
В голове полный бедлам, сердце, как сумасшедшее, стучит в грудную клетку, дыхание перехватывает от ужаса. Словно из клетки с хищником по счастливой случайности живой сбежала. Еще больше пугает моя не поддающаяся контролю реакция на все это. Эмоции точно сбесились и грозят свести меня с ума. Надо срочно разбираться с этой проблемой. Очередной пубертат мне не нужен. А мне ведь еще с Талем встречаться. Как с ним все пройдет? Эта встреча, пожалуй, еще больше волнений мне готовит.
Словно нарочно, сон совсем не желал приходить. Я измучилась, ворочаясь в своей постели, укладываясь так и эдак. Тяжелые мысли не давали голове расслабиться и уплыть в царство грез. Я понимала, что все это от волнения, но сделать ничего не могла. Отвлекало буквально все: отголоски музыки — за пределами усадьбы местные продолжали праздновать; смех и негромкие разговоры гуляющих парочек; да даже шелест листвы и скрип веток разлапистого дерева за окном дико раздражали и мешали.
