Она пристально прищурилась, а он мельком окинул прихожую и попытался перешагнуть порог.
– У тебя что-то с лампочкой?
– Перегорела,– непринуждённо отмахнулась Настя и сделала шаг вправо, перекрывая ему проход.– Мы не договаривались о встрече…
– Да, но ты кое-что забыла у меня в машине.
Она недоуменно опустила глаза на пакет в его руках, но всё ещё не понимала, о чём он говорит.
– Футболка,– улыбнулся Мирон и протянул пакет.
– Мог бы и выкинуть – она уже не пригодится,– тут же равнодушно пожала плечами Настя, но от прохода не отошла.
«Какая упрямая!»
– А мне кажется, вполне себе ничего. Надпись очень нравится.
Она скрестила руки на груди, прищурившись и вытянув шею, заглянула в пакет. В освещении, падающем с площадки, заметив абсолютно чистую футболку, усмехнулась:
– Не поверю, что сам отстирал!
– И правильно сделаешь. Домработница справилась,– ехидно заметил Мирон и сделал шаг к ней.
Насте некуда было деваться. Мирон стоял к ней вплотную, чуть ли не касаясь. Но это её нисколько не смутило. Она протянула руку и, забрав пакет, убрала его за спину, а потом, высоко задрав голову, посмотрела на него с видом: «Свободен».
«Ты от меня так просто не отделаешься!»
– Кофе угостишь?– проигнорировав взгляд, улыбнулся он и, перешагнув порог, закрывая за собой дверь, неспешно обошёл её в сторону прихожей.
– Это можно считать второй встречей?– иронично спросила она.
– Какая ты не гостеприимная! Или ты меня боишься?– оглянулся Мирон, намеренно окинув её фигурку сверху вниз оценивающим взглядом.
– Хватит называть меня трусихой!– фыркнула она, бросила пакет у стены и прошлёпала босыми ногами в комнату в конце коридора. Загорелся свет.– Так и скажи, что захотел изучить врага на местности…
– А у нас война?– усмехнулся он, оглядываясь в потёмках и щёлкая выключателем. Лампочка действительно перегорела.– Не думал, что желание утолить жажду – причина раскидывать мины…
– Если замучила жажда, хорошо, залью в тебя кофеина. Но не обессудь, прислугу отпустила – обжарка не свежая.
Мирон лишь ухмыльнулся, понимая, как тщетны её попытки задеть его, отвернуть от себя, хотя и остроумно.
Он прошёл вслед за Настей, попутно заглядывая в открытую дверь гостиной, в которой слабо горел ночник и работал большой, ещё телескопический телевизор на длинной во всю стену низкой тумбе. Из мебели – диван и кресла строгой прямоугольной формы со светлой обивкой. Лёгкие белые занавески в пол колыхались от ветерка из открытого окна. Больше никакой мебели и ничего лишнего: ни цветов, ни статуэток или картин, не захламлено, чисто, и хорошо пахло. Пахло Верой.
Когда вошёл в маленькую кухню, Настя, поднявшись на носочки, доставала турку и баночку с коричневым порошком с верхней полки кухонного шкафа. Очевидно, это был молотый кофе. Короткая футболка натянулась, оголив полоску светлой кожи на пояснице, и у Мирона дрогнуло в паху.
Он намеренно перевёл взгляд на кухонный стол со стеклянной столешницей, потом на квадратную люстру, на чистый подоконник, на рабочие поверхности кухонного гарнитура, отмечая, что и здесь ничего лишнего: ни ножа, ни ложки просто так не лежит, будто квартира убрана для показа на продажу – аккуратно до стерильности.
– У тебя в квартире просто идеальный порядок, а в голове такой хаос,– усмехнулся Мирон, глядя уже на Настю, которая следила за ним пристальным взглядом.
– В моей голове тоже порядок. Просто он не укладывается в твою логику,– спокойно улыбнулась она, залила воду в турку, бросила пару ложек молотого порошка и поставила на огонь.
– Ну да, масса пометок на одной мысли, и все разным маркером?– кивнул Мирон, становясь рядом спиной к раковине и продолжая разглядывать хозяйку.
– Вау! Да ты, я смотрю, прямо ударился в изучение психологии женщин,– покосилась на него Настя.
– Пока только тебя одной.
– Взаимно,– прошептала она, чуть склонившись к нему.
Он сразу вспомнил этот жест на корпоративе. Она точно манипулировала им.
– Неправда,– склонился в ответ он и посмотрел на её губы.– Ты меня хочешь, но почему-то боишься признаться.
Уголки её глаз дрогнули. Настя медленно отстранилась и растянула нахальную улыбку. Что сейчас творилось в её голове, Мирону было не понять, он видел только насмешливый блеск в глазах и спокойствие. Но не собирался ей уступать.
– А может, только твой кошелёк? Или у меня такая стратегия подобраться к тебе? Ты даже сам приехал, видишь?– убирая турку с огня буквально за секунду до того, как кипящий кофе выбрался бы на белоснежную эмаль плиты, улыбнулась она.
«Неужели Алёна была права?»– с каким-то разочарованием подумал Мирон, но тут же отбросил эту мысль. А почувствовав не слишком приятный аромат от напитка, покачал головой:
– Слишком сложно. Ты могла бы этого добиться гораздо проще.
– То есть я могла бы уже загорать на Бали в номере «Люкс»?– выставила руки на талию Настя и с демонстративной досадой вскинула брови.
– Могла бы, но для тебя мелко,– парировал он.
