Саня с готовностью кивает и дергает меня за руку. Послушно иду следом, с каким-то мерзким чувством отмечая то, что мелкий прихрамывает.
И когда мы ложимся, я обнимаю его и осторожно глажу по пояснице.
Саня сонно улыбается мне и натягивает одеяло выше. А я все же тянусь за телефоном и включаю экран, чтобы глянуть время.
На часах шесть пятьдесят три.
***
Естественно, днем мы никуда не идем. Я просыпаюсь в девять и иду работать – проект стоит уже три дня, а до дедлайна остается все меньше и меньше времени. Саня же благополучно дрыхнет до часу с перерывом на десятичасовой прием таблеток. Вернее, я просто расталкиваю его в без пяти десять, заставляю его их проглотить и сваливаю обратно за ноутбук.
И только вечером мелкий является ко мне с претензиями.
– Мы пойдем сегодня куда-нибудь? – он спрашивает это, когда я праздно курю в окно на кухне, поленившись идти на балкон.
– А что ты раньше ко мне не подошел? – интересуюсь лениво, наблюдая как какая-то красная «Хонда» паркуется рядом с моим «Фольксвагеном». Паркуется явно неумело и уже довольно долго. – Если сейчас уедем, вечером только за домом встанем.
– Значит, не едем? – судя по звуку, Саня открывает холодильник. – Я есть просто хочу. Если поедем, я не буду.
Ну, да, перед поездками ему есть не стоит.
Правда, мелкого не тошнило уже два дня, но здесь лучше подстраховаться.
– Лучше ешь, – не упускать же момент, когда Саня сам подошел к холодильнику. – Поедем завтра утром. Или просто попозже, часа через полтора. Магазин все равно до девяти.
– Ладно, – мелкий чем-то гремит, чертыхается и захлопывает створку.
Интересно, что он там достал?
Оборачиваюсь и интересуюсь:
– Что там у тебя?
Хотя мне прекрасно видно, что это остатки вчерашней фасоли.
– Как будто сам не видишь, – Саня облизывает пальцы и засовывает тарелку в микроволновку. – Ты будешь со мной? Я все это в себя не запихну все равно.
– А хочешь, – озвучиваю внезапно пришедшую в голову мысль, – мы можем пойти в кино. Заодно и тетрадки тебе купим в торговом центре. Тебе же что-то особенное прям не нужно?
– И на что ты хочешь? – походу, идея мелкому приходится по вкусу.
– Ну, приедем туда и решим, – выкидываю сигарету и прикрываю форточку. – Так что?
– Ладно, – соглашается мелкий. – Только поедим.
Согласно киваю и лезу в пакет за хлебом.
***
Мама звонит мне как раз тогда, когда я уже собираюсь открывать дверь, а Саня натягивает кроссовки.
Пару секунд гляжу в экран, решая, снимать ли трубку или отложить разговор с матерью на потом, но все решает мелкий, который недовольно просит:
– Ответь уже.
Если бы я знал, что скажет мне мама, я бы вырубил телефон прямо тогда и не включал бы еще долго, но мысли на расстоянии я читать не умею, а потому пожал плечами и коснулся экрана, принимая вызов.
Мама коротко здоровается и переходит сразу к делу.
Двадцать минут назад ей позвонили из полиции и сообщили, что найден один из подозреваемых по Саниному делу. Пойман на месте преступления с поличным – изнасиловал в подворотне какого-то парня.
Образец спермы, найденный на теле потерпевшего, идентичен тому, что нашли на теле мелкого. Кстати, именно эта сперма и стала причиной того, что Саня заразился.
И естественно, теперь мелкий должен будет явиться в полицию завтра к десяти, чтобы опознать своего насильника.
– Женечка, но ты же сходишь туда с Сашей? – с надеждой спрашивает мама. – Мы с отцом работаем, уже слишком поздно, чтобы отпрашиваться.
Ну, да, конечно. Могла бы и честно сказать, что просто не хочет всего этого видеть.
– Схожу, – а куда я денусь? Мне теперь еще это все и Сане как-то нужно будет сказать. – Не хочешь с Саней поговорить?
– Я очень спешу, – отказывается мама, – перезвоню попозже.
И отключается.
Вот так вот. Перезвонит.
Растерянно смотрю в темнеющий экран, пытаясь сообразить, как и когда мне рассказать все это Сане.
Сейчас? Но тогда кино отменяется, равно как и покупка тетрадок. С другой стороны, завтра мелкому все равно никуда еще не идти.
Смотрю на теребящего в пальцах бегунок ветровки Саню и понимаю, что у меня просто не повернется язык сказать мелкому сейчас что-либо.
Впрочем, мне говорить ничего и не приходится. Разговор начинает сам Саня.
– Кто звонил? – он спрашивает это, облокачиваясь спиной о стену.
– Мама, – засовываю телефон в карман.
– И зачем? – мелкий продолжает издеваться над молнией ветровки.
Ну, давай, Жень, испорть весь вечер к черту.
– Ей звонили из полиции, – говорю это, разглядывая царапину на ламинате. – Нашли подозреваемого по... делу.
– Как? – коротко интересуется Саня.
А ребенок умеет задавать вопросы.
– Взяли на месте преступления, он изнасиловал какого-то парня, – я все так же боюсь поднять глаза. – И его сперма совпала с той, что... – в горле словно перекрывают какой-то клапан. Я больше не могу сказать ни слова. Царапина на ламинате кажется теперь самым интересным, что я видел в жизни.
– С одним из трех образцов, что нашли на мне? – как-то чересчур спокойно уточняет мелкий.
– Да, – все же поднимаю глаза и встречаюсь с ним взглядом.
– Это он, тот, кто меня заразил? – в голосе младшего проскальзывает странная нотка.
