Большое воздействие на настроения поляков оказывала католическая церковь. По оценке советского посольства, позиция епископата характеризовалась «осторожной, но упорной, систематической и повсеместной деятельностью, направленной на сохранение и укрепление своего влияния в стране». Эта осторожность в полной мере проявилась в канун выборов в сейм. Церковь, несомненно, была на стороне оппозиции. Незадолго до выборов она призвала поляков принять активное участие в голосовании. Заявив, что церковь не вмешивается в политические дискуссии, епископат указал: выбирать надо тех, кто придерживается католического учения и морали, и не голосовать за тех, кто выдвигает «программы или способы управления, противоречащие здравому смыслу и благополучию государства и народа, христианской морали и мировоззрению»[835].
Но главное – епископат не призвал верующих к бойкоту выборов, что исключало срыв голосования. Объективно это было на руку власти, которая на рубеже 1946–1947 гг. демонстрировала стремление к налаживанию отношений со Святым престолом. Правда, заявление Б. Берута в ноябре 1946 г. о готовности к установлению контактов с польским епископатом не получило позитивного резонанса, но появление в среде активных светских католиков сторонников сосуществования с властью было, несомненно, выгодно ППР.
Руководство и партийные организации ППР провели перед выборами большую работу по формированию состава избирательных комиссий: в участковых комиссиях более 63 % и в окружных 39 % членов были коммунистами. 52,3 % всех участковых комиссий состояли только из членов ППР. Кандидаты от ПСЛ по политическим мотивам (в основном «за связь с подпольем») не были зарегистрированы избирательными комиссиями в 10 из 52 округов. Польская госбезопасность организовала массовую вербовку среди местной администрации. Из 8698 завербованных лиц 347 были ксендзами и иными лицами духовного звания. Почти половина членов участковых избирательных комиссий (21777 человек, или 47,2 %) и окружных комиссий были агентами безопасности. Среди избранных депутатами сейма агентами спецслужб были 49 представителей некоммунистических партий. Несмотря на столь мощную и многоплановую подготовку к выборам, коммунисты не были уверены в их благоприятном исходе, и Берут еще в декабре 1946 г. через советника Давыдова обратился к Сталину за помощью. 10 января группа специалистов МГБ выехала в Варшаву. Но, как позднее докладывал в Москву ее руководитель, содействие не потребовалось, так как польские коллеги сами освоили применение неких «дополнительных мер»[836].
Выборы 19 января 1947 г., согласно официальным данным, состоялись при высокой активности избирателей. К урнам пришли 89,9 % граждан, имевших право голосовать. За Демократический блок четырех партий отдали голоса 80,1 %, за ПСЛ – 10,3 %, за СП – 4,7 %, за католиков – 1,4 %, за ПСЛ-НВ – 3,5 %. Места в сейме распределились следующим образом: коммунисты – 114 мандатов, социалисты – 116, СЛ – 109, ПСЛ – 27+1 (3. Жулавский прошел в сейм как независимый кандидат), ПСЛ-НВ – 7, СД – 41, СП – 15, светские католики – 5, беспартийные – 10 депутатских мест. Объявленные итоги голосования означали победу Демократического блока. Он мог сформировать коалиционное правительство с решающим участием членов рабочих партий.
Проведя выборы, ППР и ППС выполнили предписание, данное Польше главами великих держав в Потсдаме. Но для коммунистов значительно важнее было подтвердить этой демократической процедурой легитимность власти в Польше, продемонстрировать полякам ее стабильность и вытеснить оппозиционную ПСЛ на периферию партийной системы и структур управления государством. Однако и в стране, и зарубежом понимали, что объявленные результаты выборов недостоверны{303}.
20 января 1947 г. В. Г. Лебедев направил в Москву сведения по выборам в гг. Кракове и Тарнове и в ряде участков Варшавы, где ход голосования контролировали представители ПСЛ, а также в западных регионах страны. Материалы свидетельствовали, что ПСЛ могла бы создать в сейме наиболее крупную партийную фракцию. Но даже они не говорили об абсолютной победе ПСЛ, что подтверждает и отчет группы МГБ, представленный Сталину: Демократический блок реально получил около 50 % голосов, а в сельских районах, где проживало большинство населения страны, около 70 %[837].
