— Склоняюсь перед вашей волей. — С самым глубочайшим почтением произнесла фигура.
— Тогда прими и этот дар.
Из-за камней поднялся шурд. Приближаясь к замершей фигуре, он не кричал, не размахивал оружием. Он спокойно шёл, смотря перед собой стеклянным взглядом. Из его пасти до самой груди тянулась нитка слюны. Более крупный, чем его собратья. Но он не кабальеро. В нём, несмотря на то, кто он, чувствовалось что-то…что-то аристократическое.
Из одежды надеты рваные штаны, держащиеся на честном слове, один ботинок, браслет невероятной красоты, а на шее болтаются обычные деревянные чётки. Подойдя в плотную к замершей фигуре, он достал из-за пазухи большой прямой нож, сделанный из пожелтевшей кости, больше напоминающий пилу с крупными так же костяными зубьями по обеим сторонам. Основание кости спаяно с рукоятью в единое целое выполненное из серебристого металла круглой формы, образованной двумя плотно переплетёнными лозами. Протянув его фигуре, которая медленно приняла орудие. Шурд так и остался стоять с протянутой рукой с надетой на неё браслетом.
— Сначала ты, потом — он. — Чётко и спокойно произнёс голос, хищно смотря из ниоткуда на происходящее.
Наше время вышло. Несмотря на раннее утро, все собрались на площади нижнего селения. Выполнившие задания похлопывали друг друга по спинам, глупо перешучиваясь. Кто-то устало смотрел в пустоту, отсчитывая последние минуты и желая как можно скорее вернуться домой.
Местные соизволили спуститься сверху, организовав целое оцепление и контролируя каждый метр площади на всякий случай. Кто знает, кому что в голову взбредёт.
Те, кому суждено теперь здесь остаться, смотрят волком. Хмурясь всё сильнее с каждым радостным выкриком, местные тоже смотрели на нас с завистью. Всю сегодняшнюю ночь ходили, расспрашивая о том, как там на Земле, какая команда лидирует в любимом виде спорта, где идёт очередная война, какой монарх скончался, а где проросли тлетворные ростки демократии.
Колючку и Пиру интересовало то, как люди обустроились здесь. По всей видимости, освоившись здесь, люди свыклись, скучая лишь по своим семьям, но откровенно радуясь отсутствию политики, налогов, каких-то социальных требований со стороны государства. Они живут по принципу: — «От каждого — по силам. Каждому — по потребностям». Не важно, моешь ли ты полы или крошишь шурдов в руинах. Каждый труд важен. Местный правитель по прозвищу Губернатор всеми силами поддерживает такой порядок дел.
Это мне они пересказали под утро. Я же всю ночь просидел с Удой, разговаривая обо всём и ни о чём. Нормальный мужик, только с проблемами контроля своих эмоций.
Таймер показал последние секунды. Сердце невольно забилось быстрее. Моргнул. Площадь, толпа, бараки — всё исчезло. Но я не вернулся на землю, а оказался в том тёмном невесомом пространстве без верха и низа, в котором находился перед первым появлением в этом мире.
За деяния, превосходящие ваши возможности, вы получаете особую системную награду.
Вращать? ДА / НЕТ
Вращений: одно.
Интересный вопрос. Я бы сказал — глубоко философский. Но сомневаюсь, что здесь имеется в виду экзистенциальный подтекст. Взгляд сползает чуть ниже. На четыре светящихся прямоугольника с короткими приписками.
Чем насыщеннее цвет, тем более значительный талант или недуг вы приобретёте.
Белый — ничего
От голубого до ярко-синего — приобретение таланта, особенности или возможности не метафизического характера.
От малинового до ярко-алого — дефект, увечье или ограничение. Временного или постоянного характера.
Золотой — уникальная способность, талант или возможности, позволяющие значительно, возвысится.
Интересное предложение, но я лучше пока не стану рисковать. Никаких объяснений тут больше нет. Надо бы в селении будет расспросить об этом выверте системы. Перевёл взгляд на «нет».
Внимание: отказ от вращения приведёт к сгоранию «шансов» и неснимаемой блокировке.
Вот же! Если от моего решения ничего не зависит, так зачем даёшь выбор?! Сжав ментальные зубы, соглашаюсь. Передо мной появилось огромное колесо с разными цветами, разделёнными на неравные треугольные сегменты.
Больше всего здесь белого. Они идут один за другим большими кусками. Есть малюсенький одинокий сегмент золотого, больше похожего на нитку. Всё остальное место занимает синий и красный. Точнее сказать, голубой и малиновый. В соотношении три к одному. Ультрамариновый, как и алый, имеют примерно одинаковое количество сегментов. На колесе, которое я могу охватить взглядом, их где-то штук по шесть. Размером они примерно в два пальца. По центру, в круге, одно слово — «начать». И почему мне это напоминает типичный дворовый лохотрон? Давай закончим с этим поскорее. Начинай!
