Насколько же продвинуты те, кто нас сюда отправил, раз им доступно подобное? И ещё больший вопрос, раз им не составило никаких проблем выдернуть из иного мира три тысячи человек и наделить их неведомой технологией, то неужели они не смогли решить возникшую проблему в этом мире сами? А что если … Нет! Это бред, полная чушь. Ну, а если всё же на секунду поверить, что тут замешены не какие-то абстрактные «ОНИ», а вполне определённый «ОН» то есть …Бог. А что, это было бы в его стиле. Создать расу, дать свободу воли, но не дать моральных ориентиров. Дождаться пока они разовьются, разрушат свой дом, немного одичают и озвереют, а затем столкнуть лбами с другим своим творением. Зачем? Просто так, скучно стало. И нет тут никакой высшей цели. Ведь если верить священному писанию, причём любому из его версий, Бог ещё тот мудак.
— Воняет. — буркнул Павел и остановился.
— Чем воняет? Я нечего не чую, а вы чуете? — Втягивая воздух, закрутил головой Барон.
— Вон там, гнилым мясом тянет. — Ткнул пальцем Павел в сторону одной из развалин.
— Отойдите за ту стену и не высовывайтесь. Я схожу проверю, что там. — С этими словами Гавел скрылся в кустах, обходя указанное Павлом место по большой дуге.
Я обратил внимание, как он вошёл в кустарник. Ни одна веточка не хрустнула, ни один листок не прошелестел. Да уж, всё-таки я был прав — непростой он человек. Минута, вторая, десятая. Барон, уже весь изъёрзал, то и дело задевая ветки низко растущего деревца своей рельсой. А у меня рука ещё сильнее разболелась. От боли начало темнеть в глазах. Нужно терпеть, как бы больно мне ни было. Вот ещё минут через десять Гавел появился, прямо у нас за спиной. От неожиданности Барон как-то по девчачьи взвизгнул, но тут же прикрыл рот руками.
— Ты чего так долго, я уже хотел с этими двумя идти тебе на выручку? — Опомнившись, Барон опустил глаза. — В смысле, мы начали волноваться и решили, что может быть тебе наша помощь … того, не помешает, вот.
— Я так и понял. Но ещё раз не уследишь за языком, будешь его как украшение на шее носить. Ты всё понял?
— Д-д-да, я понял. Извини.
— Можно идти, там никого нет. Ну, почти никого.
За поворотом ко мне пришло осознание: чтобы здесь ни происходило, на деле всё намного, намного хуже.
Большой, грубо сколоченный деревянный щит, весь измалёванный какими-то знаками. По центру к нему несколькими гвоздями прибиты ноги какого-то копытного животного. Перед щитом на небольшой насыпи из камней лежит раздувшееся и почерневшее человеческое тело. Некогда оно принадлежало женщине, но, если не вглядываться, можно и не понять этого. Складывалось ощущение, будто её скелет взорвался изнутри: позвоночник торчит из горла, ключицы кольями вышли через плечи, а живот взрезали осколки рёбер, челюсти вывернуты наружу из-за раздувшегося языка, и кажется, будто она хочет что-то сказать. Рой мух без конца кружит над телом, выискивая место, куда ещё можно отложить личинок.
Кое-как пересилив себя, я отвернулся, встретившись взглядом с другими мертвецами. Ещё три тела справа от насыпи. Они стоят на коленях, кисти рук отрублены, а подбородком они насажаны на колья. В спине у каждого вдоль лопаток виден очень глубокий разрез. Слева ещё три тела.
Рука Гавела опустилась мне на плечо.
— А ты крепкий Филин. Смог сдержатся.
— Мне уже приходилось видеть трупы.
— И всё ровно увидеть мертвеца на обочине — это не то же самое, что смотреть на какой-то дикий ритуал. Знаешь, зачем они так поступили с теми, что на кольях?
— Ты сам сказал, что это ритуал.
— Да, сказал. Но, в отличие от сатанистов и сумасшедших с Земли, эти твари преследуют вполне прагматичную цель — накопление очков системы для получения нового уровня.
— Разве для этого недостаточно взять оружие системы и просто убить.
— Нас мало, а их много. Они не могут позволить одному забирать весь опыт с жертвы.
— Опыт ведь даётся тому, кто нанёс решающий удар?
— Не совсем так. Добивающий получит половину в любом случае. Даже если он весь бой стоял в стороне. Но если помимо него были и другие, тоже с оружием системы, то они получат часть опыта в зависимости от внесённого вклада. Я видел, как они это делают в свой первый же день появления здесь.
— Именно тогда ты получил красную метку?
Гавел не ответил. Вызвав сокет, посмотрел на скупую строчку.
Условно союзных субъектов: 606 из 2000
Не прошло и восьми часов, а уже три четверти всех людей мертвы. И кто знает, у скольких из них была лёгкая смерть, а сколько из оставшихся в живых ждут своей очереди на кол или алтарь.
— Идём, солнце скоро сядет. Нам нужно место, где мы сможем переждать ночь и желательно что-нибудь поесть.
