Стригосус покраснел, закусил нижнюю губу и все же отвернул голову, открывая довольно длинную и нежную шею, на которой неистово пульсировала голубоватая жилка. Будь на месте Алефа какой-нибудь вампир, он бы не преминул вонзить в неё свои клыки. Ну, а Эльфу же оставалось только нервно сглотнуть, ощущая жар дыхания полубеса на своей коже.
Вдруг, на пояс эльфу робко и несмело легли руки, и стали медленно поглаживать вверх-вниз. Руки как бы говорили: «Хочу!» Чувство смущенного вожделения у Стригосуса, и огонь желания у Алефа, не оставляли им шанса остановиться. Да и зачем?
Неожиданное по событиям начало дня, рожденное настороженностью одного, и внезапной открытостью другого, разжигало страсть с каждой минутой. Откровенный, поглощающий друг друга поцелуй, которому в равной степени отдались оба. Жаркие объятия, в которых плавились тела, продолжение в виде бурных взаимных ласк, в которых, то полубес в порыве страсти прикусит за плечо, то эльф с жадностью оставит отметину на шелковистой коже полубеса.
Оба уже давно были в полной «готовности». Алеф уступил далеко уже не робким попыткам Стригосуса доставить ему удовольствие и, перевернувшись на спину, наблюдал, как бесенок заигрывал своим длинным и шустрым язычком с его головкой. От одного вида этого у эльфа сносило крышу и, он извивался и рычал на похотливого проказника. Пик наслаждения неумолимо наступал. Не в силах сдержаться, Алеф разрядился на Стригосуса, окатив его лицо полупрозрачной жидкостью цвета опала. Бесенок эротично облизнулся, нагло глянул в глаза, игриво дернул бровями и, собрав часть спермы со своего лица, расставив ноги, приподняв подтянутую и упругую попку, рукой направил естественную смазку к своей «розочке», втирая и подготавливая к продолжению…
У Алефа перехватило дыхание. Он всегда знал о развратности бесов, но еще, ни разу не видел ее воочию. Только что казалось, совершенно успокоившийся член, начал наполняться и напрягаться с новой силой.
- Снова хочу… тебя, - прошептал эльф, притягивая к себе полубеса.
Вставая на четвереньки, размахивая своим хвостом с пушистой кисточкой, оседлывая бедра эльфа, полубес склонился вперед, поймал большой палец Алефа губами и начал его посасывать, словно самую сладкую и вкусную конфетку. Внутри эльфа полыхал пожар. Дыхание пропадало и возвращалось, пульс зашкаливал, бил в висках, как испанские кастаньеты.
- Сделай мне хорошо, гребаный эльф, - с ненасытностью в голосе проговорил полубес, усаживаясь на скользкий стояк Алефа, выдыхая с глухим протяжным стоном.
Даже легкая шерстка на теле Стригосуса пошла волной возбуждения. Его глаза из янтарно-коричневых стали пылающими, будто в них горел истинный огонь горнил Ада. Их пальцы переплелись, сжались, словно два утопающих, пытающихся спастись таким образом. Полубес наращивал темп, закрывая глаза от охватившего его возбуждения, приоткрывая рот, дышал хрипловато, постанывая, иногда матерно выражая свой восторг. Алеф выгибался дугой. От бешеных скачков Стригосуса, яйца болезненно ныли, пару раз придавленные с разгону худощавой задницей наездника.
- Возьми его, долбаный эльф! Давай... активнее... - задыхаясь, шептал полубес, разрывая сцепленные пальцы и подводя ладонь Алефа к своему багровому от напряжения члену, готовому вот-вот разрядиться.
Эльф был поражен, обескуражен своим партнером. Столь разительная разница между его человеческим обликом вчера и бесовским сегодня. Удивительно, что два совершенно разных существа, вынуждены селиться в одном худеньком теле. Бесхитростный и прямой человек, уставший от дневных забот, идущий по лесу, навряд ли был бы таким ненасытным развратником в кровати. И наоборот, Бес, отдававшийся до конца похоти, никак не вязался с образом того, бредущего поздним вечером с видом задержавшегося на работе трудоголика, опоздавшего на последний рейсовый кеб.
Наступил момент, когда бес с жаром выдохнул, и с долгим протяжным рыком выплеснул на эльфа горячую струю спермы, сжался в последней конвульсии, охватывая мышцами сфинктера и с силой сжимая вошедший в него до основания ствол. От такого изысканного массажа последовала разрядка и Алефа, заполняя внутрянку бесшабашного бесенка.
Окончательно обессиленный Стригосус, рухнул на эльфа, прижался, мурлыкнул и потерся о безволосую грудь измотанного любовника. Член из себя он не выпускал, своими усилиями то чуть сжимая, то отпуская. При этом так смешно морщился и виновато улыбался. Алеф едва не спросил: «Ты меня всего выцедить… через него решил, или как?» Но сдержался, ограничился легким поцелуем.
Лучи солнца давно начали откровенно мешать, целясь, аккурат, в глаза лежавшей в изнеможении парочке. Стригосус сполз с постели. По его бедрам побежала мутная струйка. Из комнаты выходил на полусогнутых, гневно оглядывался на потягивающегося в истоме эльфа.
- Я всегда хотел увидеть, как ходят настоящие бесы, - с ехидной улыбкой проговорил Алеф, сыто и довольно переворачиваясь на живот.
- Придурок! С таким пеньком, как у тебя, только кобыл сношать! - Гневно прошипел уже из ванной бесенок.
- А может, еще разочек, а?
