Глеб поднял взгляд – и замер. Спина, мелькнувшая перед глазами, была ему явно знакома. Человек только что вышел из клиники и свернул за угол. Догонять его Глеб Аркадьевич и не пытался. Вместо этого он легонько постучал себя кулаком по лбу, обозвал болваном, кретином, идиотом и старым простофилей, выбрался из машины и бодро похромал в клинику.
Ассистентка была одна – девушка стояла у окна, глядя на пыльную клумбу невидящими глазами. Щеки Казимировой пылали, волосы были слегка растрепаны.
– Яна, я болван! – выпалил Звоницкий.
Девушка невольно улыбнулась, но вгляделась в лицо шефа – и улыбку словно стерли губкой.
– Что-то случилось, Глеб Аркадьевич? – обеспокоено спросила она.
– Случилось, причем не одно, – в сердцах ответил Глеб. – Позавчера пропало лекарство, а вчера я недосчитался приличной суммы в кассе.
Краска сбежала с лица ассистентки. Девушка побледнела так, что Глеб даже испугался – не дошло бы до обморока. Но Яна недаром была дочерью военного – девушка только сглотнула, сжала дрожащие руки и ровным голосом спросила:
– И вы думаете, что это я?
– Нет, Яна, я так
Щеки девушки слегка порозовели.
– Вы про Игоря? Почему вы его так не любите, Глеб Аркадьевич? – Как всегда, встав на защиту обиженных, хрупкая девушка превратилась в бойца. Сейчас она напоминала Глебу Дон Кихота с его ветряными мельницами – такая же худая, глаза горят, только не хватает копья, чтобы бросаться на великанов, и тазика на голове вместо шлема… – Он мне рассказал, за что вы его уволили!
– Да?! – неожиданно развеселился Звоницкий. – И за что же?
– Игорь сказал вам, что собирается открыть собственную клинику! А у вас работает только до тех пор, пока не заработает достаточно денег для этого. А вы, Глеб Аркадьевич, не захотели растить конкурента! Вот вы его и вышвырнули…
Неожиданно Звоницкому стало противно. Он тяжело опустился на стул и, неловко потянувшись, набулькал себе воды из графина.
– Глеб Аркадьевич, вам нехорошо? – забеспокоилась Яна. Всю ее неприязнь как рукой сняло.
– Все нормально, – отхлебнув тепловатой воды, поморщился Глеб – Присядьте, Яна. Я хочу вам кое о чем рассказать.
Девушка уселась напротив, обеспокоено заглядывая в лицо шефу.
– Так вот, Игоря я уволил вовсе не поэтому. Эта сказка про собственную клинику – просто мечта. Ему пришлось бы работать еще лет двадцать, чтобы открыть собственное дело, а к этому времени я давно бы уже прекратил практику. Так что дело не в этом.
– Тогда в чем? – Яна стиснула ладошки, подозревая, и не без оснований, что правда может оказаться крайне неприятной.
– Я уволил его за воровство и непрофессионализм. Вот и все секреты.
– Я вам не верю! – неожиданно воскликнула девушка.
– Сейчас поверите, – устало произнес Звоницкий. – Пересчитайте кассу.
Казимирова с минуту таращилась на Глеба, потом вдруг вскочила и кинулась к кассе. Выдвинула ящик с деньгами и принялась пересчитывать купюры, то и дело сбиваясь и начиная сначала. Глеб терпеливо ждал, пока она не ахнула и не замерла с веером купюр в руках.
– Ну что? Опять недостача?
– Он не мог! – еле выговорила девушка, глядя на шефа остановившимся взглядом. – Не мог так со мной поступить!
Звоницкому было отчаянно жаль дуреху, но все точки над «i» следовало расставить немедленно.
– Яна, этот мерзавец не только воровал лекарства и деньги, он еще и делал все, чтобы подозрение пало на вас. Если бы я сейчас случайно не заметил своего бывшего ассистента выходящим из клиники, я бы до сих пор был уверен в вашей виновности. Я ведь вас уволить собирался! – Глеб в сердцах сжал кулаки. – Вышвырнул бы вас с работы и сообщил всем знакомым ветеринарам, что Казимирову на работу брать не надо. И вы бы никогда больше не нашли работы в этом городе…
Яна растерянно смотрела на Звоницкого.
– Расскажите, как вы познакомились с этим типом, – приказал Глеб Аркадьевич.
– Но… ведь вы меня сами с ним познакомили! – удивленно произнесла Казимирова.
Глеб вспомнил тот день, когда Игорек приходил в клинику за расчетом. Он еще разглядывал девушку, как зверька в зоопарке, едва сдерживал смех и, уходя, поздравил Звоницкого с новой сотрудницей… Видимо, тогда же в голове юного негодяя и сложился коварный план мести бывшему работодателю.
Он попросту вскружил голову бедной девочке, обделенной мужским вниманием. И пользовался отсутствием Глеба для того, чтобы приходить в клинику. Врал, небось, что скучает по своей подруге. А сам тайком воровал лекарства и деньги, чтобы подставить новую ассистентку Глеба…
Неожиданно личико Яны скривилось, и девушка со всего размаху хлестнула себя по щеке. Глеб вскочил и едва успел поймать маленькие, но сильные руки, а не то бы ассистентка нанесла себе еще какой-нибудь вред.
– Яна, что вы делаете?!
– Какая же я дура! – глядя в стену сухими горящими глазами, тихо произнесла Казимирова. – Я думала, он и вправду в меня влюбился. Как будто в меня можно влюбиться…
