Время тянется медленно. Проходит двое суток. Я не покидаю номер, целыми днями валяюсь на кровати и с болезненной тягой подглядываю за жестокими видениями Вэй. Это странно и дико, внутри всякий раз борются сострадание и злость. Осталась бы со мной, не подписала бы себе такой приговор. Все, что с ней происходит, она заслужила до последней унции. Но есть небольшая часть меня, которая тоскует по Вэй и остро сожалеет о каждой секунде ее диких кошмарных видений.
Белобрысый колдун всякий раз придумывает ей что-то изощренное. Отрывочные ситуации, вынутые явно из воспоминаний. Как Эрик тушил сигареты о ее тело, как избивал, душил, топил, расстреливал из арбалета. Как Вэй сидела в ростовой клетке, как для канарейки, у Бурых волков, как ее рассматривали гости на вечеринках, показывали пальцем, плевали, оскорбляли.
Колдун лишь вынимает воспоминания на поверхность, а я знакомлюсь с тем, что до встречи со мной успела пережить Вэй. Удивительно, как она вообще смогла мне довериться, ведь я волк. Один из тех существ, которые причинили ей океан боли.
Хотя теперь на фоне ведьм, оборотни не особо выделяются жестокостью, не правда ли, Вэй?
За это время я успел узнать имя колдуна. Стефан. Он сидит в палате целыми днями, сам приносит еду и воду, ест одновременно с полукровкой, пользуется уборной в палате, куда время от времени отпускает и ее.
Между кошмарами Вэй не перестает задавать ему один и тот же вопрос — «Зачем ты это делаешь?» То кричит в ярости, то захлебывается рыданиями, то отрешенно шепчет, точно из нее вынули душу. Он молчит. Уходит от ответа, переводит тему или подло наводит новый морок.
Вэй постепенно приближается к истерическому состоянию. Это самое ужасное — находиться под пытками и не иметь возможности прекратить их правильным ответом. Решения нет. Выхода нет. Есть только невыносимые, реалистичные до мурашек видения и жестокий палач, у которого наверняка имеется план, но он его не озвучивает.
Стефан точно знает, чего добивается. Этот жутковатый блондин создает впечатление человека, который живет по принципу: «вижу цель, не вижу препятствий». Точно такой же образ и я создал вокруг себя. И теперь, чтобы не разрушить его, верну Вэй Эрику.
Наконец-то раздается долгожданный звук из купленного по интернету лэптопа. Поступило письмо от Рона. Вскакиваю, как ужаленный, и усаживаюсь за простенький рабочий стол у окна. Открываю непрочитанное сообщение во входящих — ура! Рыжий волк постарался на славу. Во вложениях несколько файлов большого объема. Захожу в первый попавшийся — идеальное попадание, это схема подземных коммуникаций.
Принимаюсь за изучение. Жаль, мне их не распечатать. По-хорошему, схемы должны быть нанесены на полупрозрачные листы бумаги, чтобы можно было накладывать их друг на друга. Но уж лучше так, чем никак. Имеем что имеем.
***
За изучением схем и планов провожу несколько часов и засыпаю в отличном настроении. Я нашел возможность проникнуть в форт и забрать Вэй прямо из-под носа у охраны!
Утром, заказав кофе в номер, принимаюсь за разработку операции. По коллекторам можно пробраться к самому сердцу базы. Дождевые люки расположены по всей территории. План пожарной и обыкновенной сигнализации показывает, где стоят камеры наблюдения. К тому же, можно вырубить сразу все системы безопасности, если грамотно переключить провода на нескольких пультах управления.
Есть только одна проблема — я до сих пор не знаю, где держат Вэй. Судя по спецификациям зданий во внутреннем кольце, два отведены под исследовательские нужды, одно — под госпиталь. Два корпуса — общежития. Есть еще пара административных зданий и вспомогательные — котельная, электростанция и склад. Скорее всего, белая стерильная палата, которую я вижу глазами полукровки, — в больнице. Но с тем же успехом комната с таким интерьером может находиться и в исследовательском корпусе. В одном из двух, черт! Слишком мало конкретики, а Вэй безвылазно сидит в четырех стенах. Даже к окну не подходит. Или я не попадаю в эти моменты.
Значит, нужно вообще не выгружаться из ее зрения. Посмотреть все до секунды. Может, она все же подбежит к жалюзи и кинет взгляд во двор. Этого будет достаточно, чтобы сориентироваться.
На самом деле, я уже порядком подустал от жутких картинок, но ради дела готов потерпеть еще денек. Переключаюсь на зрение Вэй. Вижу сложенные по-турецки ноги, прикрытые белой простыней, и больничную распашонку. Новую, чистую. Вэй смотрит в одну точку, не двигается. Похоже, она уже на пределе психических возможностей. Блондин высосал ее ресурс до дна.
Сбоку доносится бип замка. Картинка резко дергается, и взгляд упирается в открывающуюся дверь. Входит Стефан с подносом. На нем больничная еда. Каша, сок, сыр… Неплохо, но вряд ли вкусно.
— Привет, Вэй, — говорит бархатистым голосом. — Позавтракай, и вернемся к нашим баранам.
Говорит заботливо, будто собирается с ребенком разучивать математику, а не пытать несчастную девчонку невыносимыми иллюзиями. Судя по движению, Вэй качает головой и снова вглядывается в свои ноги.
