В голове, точно озарение, внезапно всплывают слова Отто: «Стая ворон вдоль ночной дороги будет гнать черно-белый клубок… взбивая крыльями воздух, заставят взлететь…». Снова по спине бегут липкие мурашки, все сходится. Ведьмы — вороны. Напали ночью. Они вынудили нас не взлететь, но оказаться в воздухе, в отчаянном прыжке с моста. У меня черная грива, у Вэй — белая. Мы, наш почему-то неразрушимый союз, и есть черно-белый клубок. Такое чувство, что подсознание пытается всеми силами остановить меня от самой главной ошибки в жизни. Может и так… Но все равно покоя не дает первая фраза, которую я вспомнил: «Предательство встретишь на пути, но искупление расставит все по местам». Предательство я определенно встретил и даже сам совершил в отношении Кодекса и Эрика, но искупление? Что же это может быть?
Усилием воли гоню дурацкие мысли. Я уже все решил. Пусть моя смерть окажется искуплением. Точка.
А сейчас… Мне смертельно хочется спать.
— Поспим, — киваю на кровать. — К вечеру привезу тебя в Жару.
Дожидаюсь кивка и, бросив телефон под подушку, укладываюсь рядом с Вэй.
Прихожу в себя уже в медицинской палате. Ребра ломит. На каждом вдохе в груди копошится тянущая боль. Голова тяжелая, как с похмелья. Стефан знатно меня отделал. Ощупываю лицо и ощущаю неприятную, холодящую металлом тяжесть на руке — рунический браслет, блокирующий Силу. На нем есть застежка — не иначе, из уважения. Но убивает сам факт — его на меня надели. Как на какого-то преступника! Досада душит и встаёт комом в горле. А затем к ней прибавляется разъедающее чувство тревоги. Значит, Всеотец распорядился начать расследование. Ну и каша заварилась. А полукровка хороша. Пробила защиту Стерха и все сделала правильно.
Даже не знаю, что испытываю по этому поводу. Сейчас, наверное, горечь и разочарование. План длиной в двадцать лет провалился… От гнева вскипает кровь. Провалился, потому что Стерх не удосужился купить защиту получше. Не натыкался, зазнайка, на кого-то сильнее себя. И я дурак, не подумал, что гибридная тварь может оказаться такой же сильной, как я. Нет, со мной она не справилась, но все равно. Я бы ещё охранника позвал посмотреть, идиот!
— Лорд Аттер, вы пришли в себя! — в палату заходит взволнованная Аманда и останавливается сбоку от койки. — Как хорошо, что вы очнулись! Я нашла вас… это так ужасно! И эти волки… Хорошо, что вы не пострадали…
Черт, про волков я и забыл. Всеотцу наверняка будет интересно, почему и при каких обстоятельствах они умерли. Только ему не придётся ничего спрашивать. Достаточно одного прикосновения ко мне. Средненькая Аманда не в состоянии ничего разглядеть, даже при очень большом старании, а Всеотец сильнее и старше меня, увидит все. Я не смогу ничего утаить.
— Чьих это рук дело? — спрашиваю грубее, чем следует, встряхивая отвратительным украшением.
Браслет доставляет дискомфорт, просто болтаясь у меня на запястье. Аманда сереет. Уверена, что ответ мне не понравится, а я даже в мысли к ней залезть не могу! Проклятье!
— Простите, Лорд Аттер, это распоряжение Всеотца, а надел доктор Парк, — ведьмочка отводит взгляд. — Я смогла добиться лишь того, чтобы это была съемная модель.
Не стоит срываться на Аманду, но меня переполняет злость. И горечь унижения. Но против приказа Всеотца я пойти не смогу.
— Что со Стефаном? — от воспоминаний о том, как этот щенок меня избивал, лицо кривится само. — Она убила его?
По правде, я надеюсь на это. После случившегося Всеотец захочет «поговорить» с каждым причастным, а с тела Стерха сможет считать меньше, чем с живого.
— Нет. Он попал в аварию, — отвечает Аманда, заламывая пальцы. Морщит лоб, наклонив голову, и доверительно спрашивает: — Вы точно хотите все знать?
Киваю. Становится страшно. Я не испытывал этого чувства с тех самых пор, как потерял Вайт. Тогда мне было страшно, что я больше ее не увижу, а ещё, что кто-нибудь догадается, что она не умерла, сорвавшись со скалы во время туристической экспедиции. Больше бояться было нечего. Сейчас же в пору опасаться не только за карьеру, но и жизнь в некотором роде.
Аманда рассказывает, что Стерх самолично вывез полукровку за пределы форта, а там в его автомобиль кто-то сильно въехал. Стефан потерял сознание. Полукровка осталась цела, ее забрал чёрный волк. Аманада это узнала, потому что он прикоснулся к Стефану. А помощница делает успехи, раз почувствовала больше, чем мог помнить сам Стерх!
— Я принесу вам завтрак, Лорд Аттер, — с умоляющей интонацией говорит Аманда. — чтобы вы успели поесть до встречи с господином Всеотцом.
Последнее бормочет, точно боится накликать на себя его гнев уже тем, что произнесла это вслух. Вылетает из палаты, не дожидаясь моего ответа, хотя мне и сказать нечего. Точнее, дар речи внезапно пропадает. Всеотец лично явился сюда поговорить со мной. Похоже, мои дела совсем плохи.
