Полуночная звезда полностью

Ветер подталкивает нас вверх. Встревоженно, я смотрю на корабль Рафаэля, который отклоняется от курса позади нашего. Люцента стоит высоко на мачте, протягивая руки в нашу сторону. Ветер усиливается, и мы поднимаемся выше, выше, высоко над перилами палубы нашего корабля, поток морской воды проливается на наш корабль, когда мы движемся.

А потом мы падаем. Я ударяюсь о палубу достаточно сильно, чтобы из моих лёгких выбилось дыхание. Терен, наконец, отпускает мою руку, и я резко чувствую себя лучше, без его железной хватки. Инквизиторы толпятся вокруг нас. Магиано, всё ещё схватившийся за раненный бок. Среди всех них я вижу лицо Виолетты. Тёплые руки обвивают мою холодную шею, и я поддаюсь вперёд, вздрагивая от объятий. Её волосы перекинуты через плечо.

— Я думала, мы тебя потеряли, — говорит она, и я обнимаю её в ответ, прежде чем понимаю, что я делаю.

Рядом со мной Инквизиторы окружают Терена, снова заламывая руки за его спину. Он смотрит на меня стороной лица, прижатого к полу. Его губы всё ещё изгибаются в кривой улыбке. Его глаза пульсирую чем-то неуравновешенным. Я смотрю на него, пытаясь осмыслить, что он сделал. Он спас Магиано от падения за борт. Он спас меня. Как бы сильно он нас не ненавидел, он серьезно относится к этой миссии.

— Может быть, в следующий раз, — говорит он мне с улыбкой, — тебе повезёт меньше.

Аделина Амутеру

* * *

Предателем Инквизитором оказался новобранец из Дюмора. После намёка Терена и небольшой охоты на борту корабля, Магиано тащил каждого члена экипажа передо мной на верхнюю палубу, где они трепетали и пресмыкались к моим ногам. Магиано редко имел маску такой холодной злости на лице, но тогда это произошло, зрачки его глаз резко сузились, становясь похожими на иглы.

Я могла бы убить этот экипаж, если бы захотела. Я могла бы покрыть палубу этого корабля их кровью на закате.

Но я не могу позволить себе делать такие вещи. Если я избавлюсь от них, будет недостаточно людей, чтобы вести этот корабль, чтобы защитить нас. Так что, вместо этого, я показала им труп несостоявшегося убийцы. Затем я приказала выбросить его за борт.

— Пусть это будет напоминанием для тех из вас, кто ещё хочет бросить мне вызов, — сказала я, держа высоко поднятую голову. — Кто-нибудь еще?

Меня встретила только тишина, затем шёпоты в моей голове. Они казались довольны.

Это лишь вопрос времени, не так ли, Аделина, прежде чем они схватят тебя.

Странно видеть океан таким спокойным этим вечером, когда всего несколько часов назад наши корабли едва не растерзало волнами. Я сижу, вжавшись в кресло, одеяла окутывают меня даже после того, как я приняла тёплую ванну, как могла, с дрожащей кружкой горького чая. К моему несчастью, мой взгляд задерживается на Виолетте. После её внезапного эмоционального всплеска на палубе, она вернулась к обычному напряжённому молчанию в моём присутствии, хотя она одарила меня обеспокоенным взглядом, прежде чем вернуться в свою каюту. Я не знаю, что с этим делать, но я слишком устала сегодня, чтобы останавливаться на этой мысли. Сейчас только Магиано бездельничает у иллюминатора поблизости, а Терен сидит в своём кресле, спокойно доедая свой ужин.

Он сидит со всё ещё окованными запястьями, вместе с двумя Инквизиторами, стоящими от него по бокам, но цепей не так много, чтобы ограничивать его движения, позволяя ему свободно есть. Его запястья тоже перевязаны чистой тканью, и он тоже укутан в одеяла. По большей части, он выглядит не пострадавшим от нашего тяжёлого испытания в океане. Я полагаю, что его силы ещё не покинули его.

— Почему ты спас меня? — спрашиваю я у Терена, мой голос пробивается сквозь тишину.

— Наверное, по той же причине, почему Кинжалы спасли жизнь нам обоим. Шагающая по Ветру, это была она? — Терен не отрывается от своей тарелки, когда говорит. Это его первое полноценное принятие горячей пищи за всё то долгое время, и он, кажется, наслаждается им.

— И какой в этом смысл?

— Как ты сказала, я здесь, чтобы выполнить волю богов. И, будь я проклят, если твои глупые действия сделают эту поездку бессмысленной.