— А ещё лучше заковать в кандалы.
— Да он еле ходит, — бросил гном.
— А кто тут кидал браваду об осторожности? А!? — напомнил солдат и поднялся.
— Кормак, у тебя есть кандалы? — поинтересовался Бундо.
— Найду! — пообещал трактирщик.
Элейн сидела всё это время молча и в голове прокручивала съеденную лошадь, рваные раны Серджо и всё дальше по списку, включая ночную тень в лесу.
Всеобщую тишину нарушил Хартен:
— Пожалуй, мне пора в Вергион.
— Смотри в оба, — напутствовал Бундо. — На пятьдесят золотых ворьё будет слетаться, как мухи на дерьмо.
— А вы караульте получше, — в ответ упрекнул солдат. — Не стоит его знакомить с каждым проезжающим сбродом.
Хартен кивнул камериту и Кормаку, которые пошли искать кандалы, и остался с Элейн наедине.
— Будешь меня ждать? — шёпотом поинтересовался он у эльфийки.
— Только если приедешь с золотом, — невозмутимо ответила Элейн.
Он вышел из таверны, отражающий от снега свет ударил в глаза. Хартен зажмурился и отправился в конюшню. Тут, мирно жуя сено, его ожидал верный конь. Закрепив седло и уздечку, солдат тронулся в путь.
Скрипя цепями, трактирщик и гном вернулись из кладовки.
— Кормак! — позвала Элейн, остановив их у двери в подвал. — Вы были друзьями?
— С Хартеном? — увидев её кивок, трактирщик продолжил. — Да, но это было очень давно. В нём живёт два человека. Одного ты знаешь и считаешь лучшим другом, а потом появляется другой, и тебе уже хочется его убить.
С этими словами Кормак начал спускаться по лестнице, гном пошёл следом.
— Крепко ты его, — грустно произнёс трактирщик, — до сих пор очнуться не может.
— И славно, — пожал плечами Бундо, — меньше проблем.
Они дошли до кровати и в спешке стали надевать кандалы, что-что, а опасения Хартена залезли и им под кожу.
— Ты говорил, — сзади послышался голос эльфийки, — что нечисть тут не водится.
— Байки всё это, — бросил Кормак.
— А вот Хартен так не считает. Его передёргивает каждый раз, когда речь заходит о нечто подобном. Он тебе рассказывал, почему?
Кормак тяжело выдохнул.
— Вот что ты достала человека, — возмутился Бундо.
— Хочу разобраться, с кем имею дело, — пояснила Элейн. — Чтобы потом не было непоняток, когда запахнет жареным.
— Вы же вроде поладили, — намекнул гном, — вот бы расспросила, пока в лесу ошивались. Как вы там не замёрзли, ума не приложу.
— Нашли землянку, перекантовались и вернулись.
— Землянку? — переспросил Кормак и обернулся. — А хозяин?
— Что за хозяин? — поинтересовалась эльфийка.
— Отшельник один. Приходил пару раз в месяц за едой.
— Никого не видели, землянка нараспашку.
— Наверно, упал где-то да помер, — предположил трактирщик, — старый уже был. Жаль!
— Готово! — гном запер все замки и повесил ключ на шею. — Что делать будем?
— Он не рассказал о Хартене, — продолжала настаивать эльфийка.
— Ладно, не секрет, никакой в принципе, — начал Кормак. — Его семья по неосторожности или по глупости впустила какого-то незнакомца переночевать, и тут завертелось.
— Убили кого? Он рассказывал об отце.
— Мать вроде, — трактирщик замолчал, а затем добавил. — Он не любит распространяться на этот счёт, так что я вам не говорил.
— Хорошо, — кивнула Элейн и поднялась наверх.
— Ты иди, — произнёс гном, — дел, наверно, много, а я тут посижу, подожду. Про кости уж больно хочу спросить, да и о дневнике пара вопросов скопилась.
— Удачи! — пожелал Кормак и оставил гнома один на один с Серджо.
Незнакомец заговорил сразу, едва затихли шаги Кормака:
— Что за дневник?
Бундо насторожился. Он поднялся со стула и подошёл.
— Что такое? — Серджо открыл глаза. — Расстроился, что я уже не сплю, Стальной Бундо? Или, что я вас подслушал?
— А ты лис, — протянул гном. — Не зря за тебя дают пятьдесят золотых.
— Серьёзно? — незнакомец повернул голову и уставился на Бундо. — Кто купец?
— Вергион!
— Странно, что это они, — Серджо свёл брови, точно пытался собрать мозаику в своей голове. — Не сходится.
— Не пудри мне мозги. Твоя рожа была на объявлении.
— Можно посмотреть?
— Нет, его Хартен забрал.
— Это тот, который поехал за золотом?
— Откуда… — глаза гнома округлились. Серджо промолчал и хитро улыбнулся. — Не заливай, отсюда ничего не слышно.
— Как тебе будет угодно, — ответил пленник.
— Откуда ты только взялся.
— Из Вергиона я. Тебе любая собака подтвердит.
— И давно там живёшь?
— С рождения.
— А дневник говорит об обратном.
— Снова этот дневник. Почему он так важен?
— Твой дневник!
— У меня нет дневника.
— Ещё скажи, что тебя зовут не Серджо.
— Серджо! Всё верно.
— А… — гном рухнул на стул и обхватил голову руками.
— Видишь, — снова заговорил незнакомец, — что-то здесь не сходится. Я бы больше поверил, если бы золото за меня предложил Фолкер.
— С какой это стати?
— Я лучший в своём деле.
— Что за дело?
— Это допрос? Тебе будет не интересно.
— Колись уже!
— Я пленник и тебе ничем не обязан. Впрочем, ты можешь убить меня.
— Не могу, — протянул Бундо, — награда только за живого.
— Может, тогда поесть принесёшь? — попросил Серждо. — Умираю с голода!
— Наш разговор не окончен, — пригрозил пленнику гном, уже поднимаясь наверх.
— Буду ждать!
***
