— Заднеприводная?! А что, мне нравится!
— Даже не вздумай!
— Как скажешь, Заднеприводная.
— Сука… — хихикнула Жасмин. Она свернула на перекрёстке. — С родителями и прошлым мы разобрались. Но на повестки дня остаётся ещё один вопрос. Как мы докажем невиновность Наоми Мэннинг?
— Нам нужны…
— Доказательства? — перебила Жасмин. — Допустим, мы их найдём. А дальше? Что-то мне подсказывает, что судья не пойдёт на встречу людям, которые будут говорить об одержимости. Я тебе верю, Итан. Сама не знаю почему, но я не считаю тебя сумасшедшим.
— Вот спасибо.
— Но как мы убедим суд, что твоя голова не поссорилась с задницей? Нам нужно найти нечто такое, что сразу снимет все вопросы о виновности Наоми Мэннинг. Проще говоря, нам нужна бомба, а лучше всего, ядерная боеголовка, которая заставит всех неверующих заткнуть рты. И где ты будешь её искать? — спросила Жасмин, указав на коробки в багажнике драндулета. — Среди тех бумаг? Думаешь, что-то из прошлого Наоми Мэннинг поможет убедить суд? Я думаю, одной бумажки будет недостаточно. Поэтому возникает закономерный вопрос. Какой у нас план действий? Что мы будем делать, если с бумагами ничего не выйдет? Ты сам сказал, что в первый раз вы с адвокатом пролетели.
— Когда я успел об этом сказать? — уточнил Итан.
— Уже не помнишь? Я битый час пыталась тебя из бара вытащить! А ты всё болтал, болтал и болтал. Спасибо, что библию не стал пересказывать, иначе я бы тебя точно бутылкой по голове огрела.
— Значит, ты уже в курсе, что Джек Эванс?..
— Ещё я знаю, что какая-то Саманта Тейлор смотала удочки, чтобы не рисковать.
— А я времени зря не терял… — остался доволен собой Итан.
— Очнись! — рявкнула Жасмин, щёлкнув пальцами у него перед носом. — Я вообще-то задала вопрос. Какой у нас план действий? И только не говори, что ты не знаешь.
— Я не знаю, — пожал плечами Итан.
— Какой же ты…
— Пойми, пожалуйста, — перебил он. — Я не адвокат. Формально я безработный, которому подвернулась халявная работёнка. Думал, найду улики, указывающие на демона, и мне заплатят. Но хрен там плавал. Дело Наоми Мэннинг покрыто таким ореолом тайны, что у меня нет никаких мыслей.
— То есть, мы идём вслепую?
— Не совсем. Я абсолютно уверен, что вся чехарда с убийством Эндрю Мэннинга началась несколько лет назад, когда Наоми Мэннинг была уязвима. Нам осталось найти эту деталь, и я сразу скажу, как мы поступим.
— Хочешь копаться в архивах, пока глаза из орбит не повылазят?
— Других вариантов у меня нет.
— Ну, хорошо… — нехотя согласилась Жасмин. — Поиграем в детективов, пока кровь из глаз не польётся. Ищу то, не зная что. Иду туда, не зная куда.
— Я всегда так делаю, — признался Итан, разведя руками.
За окном уже рассвело, а Жасмин и Итан продолжали работать. Они сидели у неё в спальне, обложившись бумагами. Точнее сказать, Итан сидел на полу, окружённый бумагами. А вот Жасмин сидела на кровати, обхватив руками кружку с горячим кофе. Она больше пяти часов рылась в документах. Глаза слипались, мозг отказывался работать. Молодая женщина попросту не воспринимала весь этот бред, написанный какими-то людьми, у которых, похоже, полно свободного времени.
— Точно не будешь кофе? — поинтересовалась Жасмин.
— Кофе и алкоголь — не самое лучшее сочетание, — переворачивая страницу с отчётом, ответил Итан.
— А мне казалось, ты уже протрезвел.
Итан улыбнулся.
— Жасмин, я влил в себя почти двадцать стопок текилы, а с момента пьянки прошло около пяти часов.
— Бедная печень…
— Я ей передам, что ты беспокоилась.
— Ты бы лучше мозгу передал, чтобы вы завязывали с таким количеством алкоголя. Хочешь помереть от передозировки алкоголя? Блин, если тебя сейчас уколоть, не удивлюсь, что из раны потечёт не кровь, а текила.
Итан широко зевнул.
— У тебя есть пиво?
— Нет! — категорично ответила Жасмин. — Даже если бы было, я бы тебе не налила. С тебя хватит! Ты мне живой нужен. Вот напишу статью, а там делай, что душа пожелает. Можешь хоть утопиться в контейнере с текилой. И почему именно текила? Она же мерзкая на вкус!
— Меня никогда не интересовал вкус.
— То есть, ты всегда гнался за результатом?
— Да, — подтвердил Итан.
— С такими загонами результат будет один. Попадёшь на стол патологоанатома, а там студент после пьянки. Он тебя иголкой тыкнет, а из раны текила… Вот парень обрадуется.
— У тебя всегда такое богатое воображение?
— Я же журналистка! Когда нет свежих новостей, мы подключаем воображение. Кстати говоря, я редко ошибалась, когда писала статьи о звёздах кино и эстрады. У них вечно скандалы, интриги, разводы, внебрачные дети.
— Короче, ты приукрашивала факты.
— Не вижу в этом ничего криминального. Эти звезданутые каждый месяц чудят. Их хлебом не корми, дай очередной скандал закатить. А я этим охотно пользовалась. Да, слегка приукрашивала для большего драматизма. Но, как я уже сказала, я частенько попадала в цель.
— А сейчас твоя интуиция молчит?
