– Что с тобой, птичка-саами? – спросила Яннэ, поворачиваясь к девушке.
Туны и туньи, кружком сидевшие на соседних валунах и лакомившиеся сырой семгой, разом умолкли и тоже уставились на гостью.
Кайя вздохнула, собираясь с духом. Но, прежде чем она успела сказать хоть слово, Яннэ печально произнесла:
– Ты решила нас покинуть?
– Да… Мне пора уходить, – склонила голову Кайя. – Мне снятся очень тревожные сны… Боги как будто хотят сообщить мне о чем-то… Я еще не поняла, о чем именно, но я не могу больше тут оставаться.
– Как скажешь, Чайка, – согласилась Яннэ. – Куда же тебя отнести? Мы знаем несколько мирных племен оленных саами, что кочуют неподалеку от южного предела Похъёлы…
– Отнесите меня обратно к лесному озеру.
Туны разом зашелестели крыльями, поднялся встревоженный клекот.
– Зачем?!
– Я вызову хищный камень на бой!
Анка издал глухой клекот, на плечах и загривке встопорщились перья.
– Зачем мы тебя выхаживали? – гневно воскликнул он. – Даже не думай об этом, Чайка! Ты погибнешь зря!
– И воробья своего не спасешь, и железную шапку не вызволишь, и сама сгинешь, – добавила Яннэ.
– Вы не понимаете, – сбивчиво заговорила Кайя. – Я и великая корона… Мы связаны незримыми узами! Может, даже к акке Кэрр я попала только ради этой короны! Помню, как в буре мне явился облик синеокой женщины. И вот опять, во сне…
– Синие очи – у тех, кто глядит в мир богов, – заметила Яннэ. – А ещё у тех, кто сам бог!
– Или кто готовится уйти за кромку раньше срока, – буркнул Анка. – Даже если дух короны выбрал тебя, ты не знаешь причин…
– Я уверена, – перебила его Кайя, – если корона ко мне не вернется, скоро случится нечто ужасное… Очень скоро!
Яннэ внимательно глядела на девушку, и губы ее кривились в печальной улыбке.
– Это все не ты говоришь, а железная шапка, – сказала она. – Она владеет тобой, как и раньше, а может, даже еще сильнее. Твоей волей, мыслями, даже снами… Ты не успокоишься. Что же нам с тобой делать?
– Отнесите меня к озеру!
– Нет, – качнула головой Яннэ. – Не для того мы спасали тебя, чтобы ты вот так понапрасну погибла. Лучше бы ты осталась жить у нас. Анка уже говорил об этом, и, в сущности, я не против. У тебя нет своего рода – почему бы не стать частью нашего? Ты нам нравишься; ты совсем птенчик, но уже повидала жизнь…
– И ты знаешь столько песен, – послышался голосок Тиниль.
– Она вас не слушает, – мрачно заметил Анка.
Яннэ воздела руку, призывая к тишине.
– Я знаю, как нам поступить! Чайка, ты ведь уже знаешь о Ледяном Гнезде?
– Да, это святилище вашей богини…
– Ты готова с ней встретиться?
Острые хребты гор тянулись внизу, то выныривая из сосновых крон, то вновь теряясь в них. Туны летели на север, словно огромные орлы, широко распахнув крылья, скользя на воздушных течениях. Кайя сидела в плетеной корзине, которую без всяких усилий несли два взрослых туна, и глядела вниз, на проплывающие под ней леса и горы. И если ее сердце и стучало чаще, не полет был тому причиной.
«В горах Летучего Камня тысячи пещер, – вспоминались ей слова Яннэ. – Одни – мертвые, другие – живые. Мы никогда не спускаемся в эти пещеры. Да и никому не следует туда ходить, кроме сейдов – это их святилища… Однако Ледяное Гнездо нам указала сама великая акка Лоухи. «Здесь встречаются камень, вода, свет и лед, – сказала она. – Здесь будете беседовать со мной…»
Вскоре летевшая впереди Яннэ сложила крылья и устремилась вниз. Кайя, как ни вглядывалась, не видела никаких примет пещеры. Удивительно, но сперва она ощутила холод. Волна мороза окатила ее и ушла, оставив изумление и мурашки на коже. А лапы тунов и днище корзины уже коснулись земли.
Кайя, пошатываясь, вылезла из плетенки и огляделась. И снова никаких примет пещеры – лишь серая, в белых пятнах, каменная стена среди деревьев и колючих кустов. И лишь потом Кайя заметила, что стена не покрыта лишайниками, а побелела от инея…
Яннэ оглянулась и махнула Кайе рукой, приглашая следовать за собой. Все остальные туны даже шага не сделали в сторону покрытой изморозью стены.
– В Ледяное Гнездо можно входить лишь нам, чернокрылым потомкам Ловьятар, – негромко проговорила Яннэ. – Остальным тунам сюда вход заказан. Не говоря уже о людях! Но у тебя особая судьба, Чайка. И акка Лоухи уже приметила тебя…
– Анка тоже может сюда входить? – спросила Кайя, спеша по заросшей тропинке вслед за величавой туньей.
Молодого туна сегодня с ними не было. Девушку удивило и немного огорчило его отсутствие.
– Он был здесь однажды, – обронила Яннэ. – Лоухи кое-что сказала… О его будущем. И я больше не хочу, чтобы он сюда входил.
«Что же она ему такое сказала?» – с тревогой подумала Кайя.
Теперь они пробирались вдоль стены, от которой так и веяло зимним морозом. И вдруг, совершенно неожиданно, скала расступилась, и тропа нырнула куда-то вниз.
– Сюда, – раздался голос Яннэ.
