Море взорвалось брызгами, поднялась и хлынула во все стороны волна, а лодка подлетела в воздух и перевернулась. Охотники посыпались в воду. Когда бурление чуть улеглось, стало видно, как люди быстро плывут в сторону берега. Они спешили изо всех сил, скидывая на ходу кожаные штаны и рубахи. У них было совсем немного времени – воды Змеева моря были холодны даже в разгар лета.
– Помогите им! – закричал Арнгрим, выбегая на берег.
Застывшие на берегу люди побежали к вытащенным на песок лодкам, подхватили их, потащили в море…
И тут один из охотников с криком взлетел над водой.
– Лодин, – бледнея, произнес Мороз. – Храни его боги…
Навстречу ему из-под воды показалась черно-белая гладкая морда. Раскрылась пасть, полная зубов в палец длиной, поймала охотника и захлопнулась. Косатка со своей жертвой скрылась под водой.
– Смотрите, там еще одна! – закричали охотники.
Черный плавник снова показался над водой. Окровавленный Лодин взлетел в воздух…
…чтобы быть пойманным второй косаткой и опять утащенным под воду.
– Они этак тюленей друг другу швыряют, я видел, – стуча зубами, проговорил Смиди Тощий. – Это не косатки, а злые морские духи!
– Ну-ка, не смотри туда, малец, – тихо сказал Снорри, прижимая к себе Халли.
Тот, вытаращив глаза, наблюдал за жестокой игрой косаток. А те перебрасывались телом Лодина, словно мячом, и с каждым броском от тела оставалось все меньше и меньше…
Наконец две косатки, наигравшись и растерзав охотника в клочья, неторопливо уплыли из залива.
Кроме Лодина, больше никто не погиб. Упавших в море успели спасти охотники со второй лодки. Та не перевернулась, хотя изрядно черпнула воды, пройдя по самому краю гибели.
От Лодина осталось лишь кровавое пятно на волнах.
Остаток дня прошел в молчании и мрачной печали. Горько плакал Халли, успевший привязаться к добродушному Дровосеку. Но и прочим было невесело. Конечно, порой рыбаки и охотники гибнут на промыслах. Морская охота – опасное дело. И все же…
– Это судьба! – разведя руками, сказал Мороз. – Что ж, бывает!
За такие слова он получил множество неприязненных взглядов. Хорошо рассуждать о судьбе моряка, стоя на берегу!
Крум не участвовал в разговорах о судьбах. Он не сводил глаз с Арнгрима.
– Погляди-ка, братишка, на нашего ярла, – тихо сказал младшему брату Крум тем же вечером. – Вон он, сидит на берегу, вздыхает… Лодин был славным парнем, и его жаль. Но Арнгрим так по нему убивается, что даже странно…
– Ты к чему клонишь? – с подозрением спросил Дарри.
– К тому, что у Арнгрима совесть нечиста. Он будто чувствует себя виновным в смерти Дровосека…
– С чего бы? – удивился Дарри.
– Вот и я думаю, с чего бы…
– А давай я поговорю с ним, – подскочил Дарри. – Арнгрим тебе все равно ничего не скажет, постыдится.
– Ну попробуй, – с сомнением согласился Крум.
Дарри, не тратя времени зря, отправился на берег.
Арнгрим сидел, опустив голову на руки. В мыслях и чувствах была полная мешанина. С того мгновения, когда он увидел в руках у Мороза черный змеиный браслет, все пошло куда-то не туда. Сейчас Арнгрима понемногу отпускало, и он чувствовал себя как пьянчуга, во хмелю наворотивший такого, что на следующее утро даже вспоминать страшно.
«Кажется, я едва не убил Мороза… Зачем? Совсем ума лишился – лезть на рожон из-за почерневшей безделушки? Хорошо, хоть Бранд поступил разумно… А этот голос…»
Арнгрим мрачно посмотрел на браслет. Тот красовался у него на запястье так, будто был там всегда. Снять бы его да выкинуть в воду!
Но ярл понимал, что ни за что так не поступит.
«Ты будешь повелевать морем, – звучал в его голове сладкий голос богини. – Течениями, туманами, приливами – только прикажи… Морское воинство требует жертвы…»
– Что я наделал… – прошептал ярл.
– А что ты наделал? – раздался рядом бодрый голос Дарри.
Арнгрим обернулся:
– Ты что здесь делаешь?
– А ты?
Ярл с тяжким вздохом ссутулил плечи.
– Я виновен в его гибели, – еле слышно прошептал он.
Дарри задумчиво склонил голову набок.
– Разве это ты призвал косаток?
– Нет! – дернулся ярл. – Я не звал их! Я даже не знал, что они там!
– Ну и успокойся. Не знаю, какие силы привели тебя в Змеево море, но ты никогда не стал бы убивать своих людей, правда?
– Я никого не убивал, – сдавленным голосом подтвердил Арнгрим.
– Вот видишь? – Дарри сел рядом, обнял его за плечи. – Ты хороший ярл. Надежный побратим. Добрый муж для умницы Славейн. Перестань грустить! С судьбой не поспоришь! Кто же знал, что в этот залив приплывают здоровенные косатки?
Дарри осекся, вспомнив огромные кости на берегу.
– Ну ладно, мы могли бы догадаться… Но везде-то соломки не подстелить! Ты заботишься о своих людях, чтобы они были сыты и благополучны, – а об их жизни и смерти заботятся боги… Ты ведь не бог?
– Нет, – вздрогнув, поспешно ответил Арнгрим.
– Вот и не взваливай на себя лишнее.
– Мне порой кажется, – заговорил Арнгрим, – что я будто и не я. Что я иногда делаю то, о чем потом жалею…
– Просто помни: мы с Крумом, что бы ни случилось, всегда на твоей стороне.
Дарри хлопнул побратима по спине и встал.
– Пойду займусь ужином, сегодня моя очередь готовить… И ты приходи, а то силы не будет.
