– И вот что я скажу вам, нордлинги, и, полагаю, это будет весьма близко к правде. Ярл Арнгрим не вел нас сюда на погибель – по крайней мере, осознанно. Он сам шел на Змеево море за ответами. Ибо в нем засела тьма, и он не понимает ее природы. А здесь свои ответы он нашел.
– Что за ответы? – спросил Крум. – Ты знаешь их?
– Да, – ответил Снорри в полной тишине. – Если пойдет так, как идет, никто из нас не вернется со Змеева моря. И ярл Арнгрим тоже. Мы все пойдем в пищу его богине. А сам он… Возможно, какое-то время он будет считать себя ее мужем – а потом умрет, как и мы. И тогда тьма, что таится в нем, освободится, а что будет дальше, я не знаю. Вот так мне это видится, нордлинги.
– Я согласен с тобой, скальд, – с тяжелым сердцем произнес Крум. – И признаю, что недооценивал твою мудрость. Хоть я и заступался всегда за побратима, но давно знал, что он не похож на себя прежнего. Что-то вновь проснулось в нем прошлой весной, когда его попытались убить… Что-то нечеловеческое…
– Что ты говоришь, брат? – вмешался возмущенный Дарри. – Наш ярл – оборотень, который хочет нас всех убить?
Крум кивнул.
– Оборотень и муж какой-то здешней богини. Она-то и призвала его сюда.
– Сдается мне, – рассудительно сказал Даг Вилобородый, – пора нам делать ноги!
– Сказано кратко и по делу, – одобрил Снорри. – Есть, правда, одна поговорка, как нельзя лучше подходящая к нашему положению.
– Какая? – вздыхая, спросил Крум.
– Будешь много бегать – умрешь уставшим.
– Значит, ты считаешь, что нам не уйти?
– Ну, попытаться-то можно…
– Можно попробовать уйти так, чтобы ярл не заметил, – подал голос Мороз. – У меня как раз есть мысль, как это устроить…
– Вы о чем вообще? – воскликнул Дарри. – Опомнитесь, парни! Вы решили предать вашего ярла? Крум, ты что, призываешь бросить здесь Арнгрима?!
– Брат, у нас есть два выхода, – мрачно сказал Крум. – Либо мы попытаемся его убить – и что из этого выйдет, неизвестно. Либо оставляем здесь с его богиней и прочими духами, а сами уходим домой. Мне больше нравится второй. Что думаешь, Снорри?
– Думаю, что убить ярла уже не получится.
«Да и сбежать, скорее всего, тоже», – мысленно добавил Крум.
Ему вспомнился выходящий из моря черный волк…
– Мы попытаемся, – тряхнув головой, сказал он.
Арнгриму снились удивительно яркие, но очень бессвязные сны. Синеглазая богиня пыталась что-то втолковать ему, но ярл не понимал ее, и в конце концов она в гневе удалилась.
Затем явилось великое множество маленьких желтых духов, заполонивших собой все пространство. Они лопались, и из них вытекала кровь, подобная солнечному свету…
«Духи морошки!» – обрадовался Арнгрим, когда узнал их.
Хохоча, он раздавил множество таких духов. Ему было так весело, что он упал навзничь, а хмельные духи прыгали по нему и тоже смеялись.
Потом появился старый саами с кожей неприятного рыже-красного цвета, весь в белых пятнах, словно в лишаях.
Он разогнал маленьких веселых духов и со словами «Теперь моя очередь!» уселся Арнгриму на грудь.
– Уж не хочешь ли ты задушить меня? – укоризненно спросил ярл.
– Вот именно, – согласился пятнистый, наливаясь тяжестью.
Арнгрим поднатужился, скинул его с себя, вскочил на ноги и наступил пятнистому сапогом на грудь.
– Ну-ка, а тебе так понравится?!
Пятнистый вместо ответа лопнул, и во все стороны разлетелись грибные споры.
Арнгрим начал от них чихать… и проснулся.
Чувствовал он себя отвратительно: голова болела, живот свело… А еще он почему-то ужасно замерз.
– Кто там за огнем не уследил? – простонал он, не открывая глаз. – Эй, костровой!
Никто не отозвался. Арнгрим открыл глаза и обнаружил, что в землянке никого нет.
Очаг погас и, судя по всему, давно. Из двери дуло почти зимним холодом.
Арнгрим с трудом встал с постели, держась за голову. Огляделся. Во имя Громового Молота, что творится? Вчера Бранд Мороз угостил его славной брагой, которую самолично гнал из морошки. Но при чем тут дух мухомора?
Мутный взгляд вождя отмечал все новые подробности. Ни вещей, ни запасов еды, ни одежды, ни оружия у стен… Ничего!
Когда Арнгрим выбрался из землянки, то обнаружил, что уже настал вечер.
И на берегу не видать ни единого человека.
Исчез и корабль.
Чем ближе к ночи, тем сильнее завывал полуночник. Проклятый северный ветер в этих краях дул прямо с Вечного Льда. А все прочие ветры сворачивали туда погостить!
Чем темнее становилось, тем холоднее. Совсем не по-летнему!
«Это чары», – подумал Арнгрим.
И окончательно убедился в этом, когда с неба полетел редкий снег…
Ярл вернулся в землянку и принялся разводить огонь в очаге. Искры неохотно летели из-под кресала и угасали, едва оставив черные точки на бересте. Будто сам воздух этого места не давал огню разгореться.
