— Сильно тебе помогут деньги и власть, когда на тебя в темном переулке нападут бандиты?
— Я не настолько безрассуден, как ты, чтобы шляться по темным переулкам без охраны.
— Ну, это да, — смущенно пробормотал я. — Но ситуации всякие бывают, и лучше быть сильным, чем слабым.
— Разумеется. А знаешь, кто самый сильный человек в мире? Человек, который способен легким движением руки решать судьбы миллионов, возводить и разрушать города, менять русла рек и осушать болота. Как думаешь, кто это?
— Э-э-э… даже не знаю, — растерянно сказал я.
Воображение рисовало кого-то вроде Лейн, но… человек?
— Это Патриарх. От его действий зависят жизни всех нас. Он может раздавить практически любого, кто открыто пойдет против него. И при этом, он немощный старик, которого в схватке одолеет и ребенок. Да и магом он особо выдающимся никогда не был. Зато он прекрасно умел заводить связи и продираться наверх, протаскивая за собой верных людей.
— Ну знаешь, Святой Император, например, был очень сильным магом, и это помогло ему сплотить вокруг себя большую часть человечества!
— Он построил империю Лин не на собственной силе, а на идеях единства и равенства. Без них, а так же без умелого управления и команды единомышленников, у него бы ничего не вышло.
— Да никто бы просто не стал слушать непонятные идеи от человека без имени, если бы не его сила.
— Может быть, — пожал плечами отец. — Но то было другое время. Смутная эпоха становления и падения империи. Маги тогда тоже были другими. Подчиняющая сила Императора, разрушительная мощь Ринессы, злой гений Денвела… по нынешним меркам они настоящие монстры, но и тогда их способности выходили далеко за пределы доступного человеку. И что в итоге? Из-за их противостояния мир едва не был разрушен.
Обычно маги ограничены только энергией собственного тела. Её может быть чуть больше или чуть меньше, а использовать её можно более или менее эффективно, но выше головы не прыгнешь. Даже наставник не знает, как маги прошлого швырялись заклинаниями, сметавшими целые города. Но всё же ставить в один ряд двух величайших злодеев и Святого Императора — это как-то немного…
— Знаешь, за такие речи инквизиторы могут и на костре сжечь, — хмыкнул я.
— Это если публично. А так — только порицание и штраф. Да и вообще, не будешь же ты доносить на собственного отца!
Я лишь фыркнул, отвернувшись. Он вздохнул и продолжил:
— Не важно, что было раньше, важно что есть сейчас. Я лишь пытаюсь до тебя донести, что современном обществе, скованном ограничениями, сама по себе магия не поможет тебе добиться каких-то значимых высот. Среди верхушки церкви и других влиятельных униатов нет ни одного сильного мага. Потому что сильные маги заняты, как это ни странно, магией. Они оттачивают свои способности, соревнуются с другими, становясь всё более умелыми, а потом сгорают годам к сорока. Ты уверен, что хочешь такой жизни? Тебе повезло родиться моим сыном. Тебе не нужно пахать всю жизнь за копейки, как большинству жителей Эртраза. У тебя целая бездна возможностей, куда больше, чем было у меня в твоё время. Если тебя так увлекает магия, просто купи её!
— Как я её куплю, если ты мне денег почти не даешь, — проворчал я.
— Это чтобы у тебя был стимул развиваться, а не просто транжирить. Я тебе уже это говорил. Если хочешь больше денег, я покажу тебе, как можно их заработать.
Я тяжело вздохнул. Опять он мне нотации читает. Конечно, отец отчасти прав, и вспоминая Стефана, который натравил на меня инквизиторов, мне не следует недооценивать деньги и власть. За ними действительно сила, которую могут превзойти разве что монстры вроде Лейн. Но власть связывает и ограничивает, причем, не только тех, кто внизу пирамиды, но и тех, кто на вершине. Отец живет делами своей компании, постоянно беспокоится и думает о ней даже больше, чем о семье. Когда мы выбирались на несколько дней отдохнуть в горы, он всё время отвлекался на спатум. Из-за большого расстояния, он быстро его разрядил, после чего был как на иголках. В итоге, нам пришлось вернуться раньше запланированного, а отдых был испорчен.
Тот же Патриарх, каким бы великим он ни был, тоже связан множеством ограничений. Его время распланировано, у него постоянно какие-то встречи и советы, он словно врос во всю эту церковную иерархию и пустил глубокие корни. Может быть, если бы мне было это интересно, я бы тоже зарылся головой во что-то подобное, но мне всегда хотелось больше свободы. Чтобы как Лия. А почему бы не съездить на годик-другой в Авилус за компанию с Инаэлем? А потом ещё лет пять путешествовать и вернуться в Сион, где найти себе какое-то интересное занятие и бросить его, как надоест.
