Он не понимал, разочаровался ли в отце как в судье или расчувствовался, узнав об отношениях, связывавших родителей. Лишь отчетливо ощутил сильное тепло, разливавшееся внутри…
5 февраля. Зал № 3 территориального суда.
— Симамура Ясуко-сан. Пройдите, пожалуйста, вперед.
Пожилая женщина, находившаяся там, где сидели зрители, толкнула дверь в углу заграждения и встала на трибуну для дачи показаний. К ней подошел судебный пристав и протянул карту свидетеля и ручку.
Фудзибаяси глянул на зрительские места.
На последнем ряду снова сидели пятеро в костюмах. На некотором расстоянии от них находился Сики из первого отдела расследований. Тот же состав, что и на первом слушании.
Фудзибаяси перевел взгляд на Кадзи Соитиро. Тот был совершенно спокоен. Такое состояние очень подходило к его облику. Однако этот мужчина убил человека…
Раздался голос Цудзиути:
— Ваше имя?
— Симамура Ясуко.
— Возраст?
— Пятьдесят шесть лет.
Судья попросил произнести присягу свидетеля.
— Прошу вас говорить правду. В случае если свидетель говорит неправду, он может быть привлечен к ответственности за дачу ложных показаний. Итак, сторона защиты, прошу вас.
Уэмура поднялся.
— Кем вам приходится подсудимый?
— Свояком.
— А потерпевшая Кадзи Кэйко?
— Младшей сестрой.
— Каким человеком была ваша младшая сестра?
— Веселая, живая, обаятельная.
— Я хотел бы спросить у вас про болезнь Альцгеймера, от которой страдала ваша сестра. Когда вы заметили, что она больна?
Симамура Ясуко чуть склонила голову.
— Не то чтобы я заметила… Мне показалось, что есть некоторые странности, два года назад. Сестра забыла про мой день рождения. Каждый год она присылала мне какой-нибудь подарок… Когда через некоторое время я сказала ей об этом, она очень заволновалась и очень долго извинялась.
Уэмура кивнул.
— Как развивалась болезнь дальше?
— Постепенно сестре становилось все хуже. Я волновалась и часто навещала Кэйко, чье состояние было действительно ужасным. Она то много раз ела, то не ела совсем. Больше всего я испугалась, когда она меня не узнала. Назвала меня мамой… И тогда я не удержалась и расплакалась.
Фудзибаяси стало трудно дышать.
Уэмура продолжал:
— Ваша сестра знала, что больна?
— Да, знала.
— Она что-нибудь говорила вам об этом?
— Что уже хочет умереть. Начиная примерно с осени, каждый раз, когда мы встречались, она так говорила.
— Говорила в шутку?
— Нет. Думаю, что всерьез.
Фудзибаяси поразился твердому тону Симамуры Ясуко. Она дает свидетельские показания, чтобы спасти Кадзи. Это сразу чувствовалось.
— Какое у вас сложилось впечатление о супругах Кадзи?
Когда Уэмура задал этот вопрос, лицо Симамуры Ясуко помрачнело.
— Они потеряли единственного сына Тосию, умершего в результате болезни… Так жаль…
— Какие были взаимоотношения между супругами?
— Очень хорошие. Даже постороннему человеку было понятно, что они доверяют друг другу.
— После происшествия подсудимый приходил к вам домой?
— Да. Приходил.
— Зачем?
— Извиниться передо мной. За то, что совершил такое с моей сестрой.
— Что вы ответили?
— Что ему не в чем извиняться передо мной. Я считаю, что супруги ближе друг другу, чем братья и сестры.
Уэмура сделал паузу, а потом медленно спросил:
— Вы испытываете ненависть к Кадзи Соитиро?
— Нет, у меня нет к нему ненависти.
— Больше вопросов нет.
Фудзибаяси тихо вздохнул.
Причина, по которой адвокат вызвал на допрос Симамуру Ясуко, была очевидна. «Нет к нему ненависти…» Он хотел, чтобы старшая сестра потерпевшей сказала именно эти слова.
Цудзиути посмотрел на Сасэ.
— Господин прокурор, прошу вас.
— У обвинения вопросов нет, — последовал резкий ответ.
Свидетель покинула трибуну. Сейчас начнется допрос подсудимого.
— Итак, подсудимый, пройдите вперед.
Кадзи направился к трибуне для дачи показаний. Остановился, поднял голову.
— Сторона защиты, пожалуйста.
В ответ на слова Цудзиути Уэмура снова поднялся. Уперся взглядом в профиль Кадзи.
— Какие чувства вы испытываете сейчас?
— Я понимаю, что совершил непоправимое.
— Ваш сын умер от лейкоза, да?
Услышав вопрос, Кадзи вздрогнул.
— Да…
— Он не получал эффективное лечение, вроде пересадки костного мозга?
— Не нашлось совместимого донора.
— Если б совместимый донор нашелся, ваш сын вылечился бы?
— Несомненно.
В словах Кадзи сквозила уверенность. Впервые с начала судебного разбирательства.
— Вам тяжело было пережить смерть сына, не так ли?
— Да…
— А как пережила это ваша жена?
— Она стала очень молчаливой. Примерно в течение полугода почти не вставала с постели.
— Наверное, она испытала ужасный шок, когда забыла про годовщину смерти сына?
Кадзи опустил голову.
— Да… Наверное.
— Больше вопросов нет.
Цудзиути посмотрел на Сасэ.
— Господин прокурор, пожалуйста.
— Вопросов нет.
Цудзиути кивнул, наклонился к сидящему справа Каваи, затем повернулся к Фудзибаяси и прошептал:
— Если хочешь что-то спросить, пожалуйста.
Он сказал это удивительно ласково. Может быть, задумал, когда его помощник выскажется, доложить об этом, потребовав понизить его в должности?
Переплетя пальцы, Фудзибаяси подался вперед.
