- Причём тут телефон? Это твоя личная собственность, никто у тебя его не отнимет, не волнуйся. Я говорю о частной собственности, то есть о том, что используется не для личного пользования, как телефон, а для извлечения прибыли. Сейчас ситуация следующая: капиталисты владеют акциями. Самыми разнообразными. От акций металлургических и добывающих предприятии до активов фабрик по производству конфет и мягких игрушек. То есть у каждого завода может быть куча собственников, не обязательно один. А каждый собственник имеет ту или иную долю в куче разных фирм, не обязательно владеет одной. Всё это выражается акциями. Заводы себе работают спокойно, Ене зависимости от того, кто ими владеет. А акции постоянно перекупаются, продаются, дорожают, теряют в цене, владельцы предприятии меняются - короче, в мире бизнеса идёт сбоя жизнь, весьма далёкая от производственной деятельности. И пока слесарь вытачивает деталь, технолог пишет технологическую карту, конструктор выполняет чертёж, а директор завода координирует работу цехов, капиталисты зарабатывают миллионы благодаря игре на бирже. Впрочем, даже на бирже играют не они, а их наёмные игроки, трейдерами зовутся. А Есе эти миллионы созданы теми самыми слесарями у станков, конструкторами у мониторов и технологами в цехах. Вот только этих миллионов они в глаза не видели.
- Бля-я... Ну ты меня и грузишь...
Но я уже увлёкся и продолжал, не обращая внимания:
- А эти игроки на бирже, эти миллионеры, эти уважаемые люди в экономику страны, в её производственную деятельность вносят вклад ровно такой же, какой и бомж на Сенной площади. Пользы от них столько же, сколько от последнего алкаша и забулдыги. А теперь представь, что у всех фирм не будет владельцев. Вернее, владельцем будет всё общество. Все будут дружно создавать продукты, оказывать услуги, заниматься каким-то полезным делом, исходя из потребностей общества, а взамен получать оплату, пропорциональную затраченной работе. И сверхприбыли будут не оседать в карманах капиталистов, а идти на улучшение условии жизни людей, благоустройство, пособия, пенсии - словом, та самая чистая прибыль будет не капиталом собственника и даже не прибавкой к зарплате рабочих, она будет достоянием всего общества - справедливого и социально защищённого. Вот и вся сказка - и от нас зависит, станет ли она былью.
Я взглянул на Майонеза. С его кровати раздавался негромкий храп. Я не был обижен. Потому что теперь со спокойной душой и сам мог пойти поспать. До подъёма оставалось ещё шесть часов.
- Я за свободу и коммунизм!
Это было первое, что я услышал, зайдя в радиобюро. Майонез сидел, откинувшись, на стуле и трепался с дежурным радио-поста.
- Суки-капиталисты отбирают у нас эту, как её... бля...
- Прибавочную стоимость, - подсказал я.
- Во, в натуре, её! И, короче, всё должно быть общее, фабрики крестьянам, квартиры рабочим и всё такое! Понял, нах?
Срочник за пультом испуганно кивнул.
- То есть никакого бизнеса? - уточнил я.
- В жопу бизнес! - подтвердил Майонез.
- А откуда тогда возьмутся новые организации, выпускающие конкурентоспособную продукцию9
- Это свободное трудовое общество будет решать, какой завод построить и какую продукцию выпускать!
- Каким образом?
- Ну это... бля... голосовать будут!
- За каждую инициативу? Это ж у нас тогда каждую неделю выборы будут!
- Ну тогда пускай это народные избранники решают, самые опытные и крутые из народа?
- Депутаты? - уточнил я.
- Иди ты на хрен со своими депутатами!
- Народные избранники - это и есть депутаты, - заметил я.
- Ты заебал! Должны быть нормальные народные избранники, а не эти суки из Госдумы!
- И где ты их возьмёшь?
- Проголосую, ёпта!
- А сейчас за депутатов не голосуют?
- Хрен тебе! Все выборы купленные!
- А в твоей модели они вдруг сразу станут честными?
- Въебическая хуйня? - заявил стоящий в дверях майор Александров. -Майонез, ты хули тут делаешь? А ну вали с боевого поста!
Майонез ретировался с поста, не успев ответить на вопрос.
- А ты, Рафаилов, чего не на своём посту? Лучше бы пыль с аппаратуры смели, чем выборы тут обсуждать!
Я грустно отправился за тряпкой.
- А вообще я с Майонезом не согласен, - сказал дежурящий в радиобюро срочник после ухода майора. - Я просто ему не стал об этом говорить, а то он бы меня отпиздил...
- И с чем не согласен? - поинтересовался я.
- Ну, вот он говорит, что всё должно быть общим. А общим - значит государственным. Но даже если принять фантастическую мысль, что все у нас во власти честные и неподкупные, да ещё и профессионалы при этом, всё равно чисто физически невозможно централизованно решить, где, что и сколько выпускать, каким идеям дать зелёный свет, а какие тормознуть, да и попросту’ простимулировать людей эти идеи рождать.
- Разумно. И для этого нужна не централизованная, а хозрасчётная система! - заявил я, удивившись, что нашёл в армии интересного собеседника.
