Только я и княжна, мы двое сохраняли спокойствие. Девочка, не торопясь, натянула своё пальто и показала пальцем куда-то за свою спину:
— У нас один путь — через реку! По рассказам ведунов, в паре вёрст отсюда есть старые убежища. И там почти не бывает Мути!
Ворона понимающе кивнула: — Серебряный бор!
Мы споро собрались, забросали костёр снегом и, как смогли, убрали следы своего пребывания. Уже через десять минут, под стремительно зеленеющим небом, наша группа вытянулась в лес. Верховодила нами Ворона. Она удивительно быстро шла на поправку, и теперь ковыляла впереди, опираясь на палку. За ней шлёпал Крюк с моей винтовкой наперевес. Дальше — я и княжна, замыкающим поскрипывал по снегу Март.
Через несколько минут мы вышли к реке. Крюк осмотрел через оптику противоположный берег:
— Чисто. Следов нет.
— Вперёд!
Лёд был всё ещё плотным, без проталин. Наш отряд быстро пересёк ровную белую гладь и, пробравшись по замерзшему песку пляжа, углубился в Серебряный бор.
С реки нам в спину дул холодный ветер. Густой подлесок цеплялся за ноги, над головой скрипели голые ветви деревьев.
Ворона подняла руку:
— Стой!
Впереди нас сквозь чащу кто-то ломился, словно бульдозер. Мелькнули крупные туши радовепрей, за ними почти впритирку протоптался мелкий медведь с рогами на голове. Следом за ним — с дюжину двухвостых оленей, затем бурундуки-переростки. Толпа разношерстного зверья в панике убегала от наступающего града.
— Вперёд!
Передвигаться стало легче. Впереди, там и сям, стоял треск сминаемого подлеска. Животные покидали лес, метаясь в поисках укрытий. Я оглянулся. С севера на нас заходил настоящий грозовой фронт, только тучи были насыщенного бирюзового цвета.
— Сюда, не отставайте!
Мы выбрались на старую, с растрескавшимся до земли асфальтом, дорогу. Слева и справа от неё стояли полуразрушенные, с провалившимися вовнутрь крышами, частные усадьбы. По верху голых крон летели облачка зелёного тумана, ветер усилился до почти ураганного.
— Ищем дом с хорошим подвалом, тут таких полно! — крикнула Ворона, — Март и Крюк! Посмотрите вот этот! Остальные, за мной!
Мы двинулись к трёхэтажному особняку, перед въездом в который застыл на вечной стоянке ржавый Майбах. Ударом приклада сбил прогнивший замок, распахнул ажурные чугунные ворота. И мы, хрустя ветками, пробежали к крыльцу хорошо сохранившегося особняка.
— Туки-тук, есть кто дома? — крикнул я в мутные стекла входной двери.
Только завывания ветра сквозь битые стекла были нам ответом. Ударил ногой в двери, вошёл с винтовкой наперевес. Никого. Полутьма, пыль, да снег на мраморном полу.
— Заходим. Ищем вход в подвал!
Пробежав по большому холлу и миновав лестницу на второй этаж, мы затормозили около массивной металлической двери.
— Проклятье Повелителей! Заперто! — пнула Ворона дверь.
— Погоди, тут что-то есть! — княжна показала на тускло светящийся прямоугольник на колонне справа.
Это оказался стандартный цифровой замок. Я скинул рюкзак, достал оттуда свою луноградскую складуху и, дуя на плохо сгибающиеся на холоде пальцы, принялся выкручивать шестигранные винты.
Сзади послышался шум, Ворона выхватила меч. Это оказались ребята:
— Тот дом не подходит, завален весь, непонятно, где подвал! — задыхаясь от бега, сообщил Март, — А у вас что?
— Да, Молчун! Что у нас? — спросила Ворона.
— Замок односторонний, то есть механизм блокировки снаружи. Должен быть, — ответил я, — Сейчас доберусь до контактов и попробую открыть.
— Быстрее! Иначе все здесь и останемся!
На улице громыхнуло, зелёная вспышка осветила наши лица. Я кивнул и продолжил работу.
Замок оказался китайским (и тут “оптимизировали”!), и, слава Богу, с идущим прямо от схемы силовым кабелем. Найти основной провод питания было дело минуты, я перекусил два провода и кусачками соединил их. Неслабо сверкнуло искрой, дверь щелкнула и начала отъезжать. И, увы — на этом энергия в моторах двери закончилась.
— Навались! — скомандовал я, и парни помогли отодвинуть дверь еще сантиметров на тридцать.
— Вперёд! — скомандовала Ворона.
— Стоп! — спускаться в темный коридор мне было не по нраву и, пошарив по стене, ладонью нажал на выключатель. Светодиодные панели тускло загорелись, осветив лестницу вниз.
Когда все зашли вовнутрь, мы с парнями дотолкали дверь в состояние “закрыто”. Я провернул несколько раз рукоять центрального засова, который надежно фиксировал дверь изнутри:
— Вот, теперь сюда никто не залезет!
Вниз! Через пару пролетов лестницы — ещё одна дверь. Тяжёлая, сантиметров в тридцать толщиной. Она откатилась в сторону без каких-либо ухищрений. За ней — небольшой ходок-коридор. Шкаф, наполненный новенькими, но очень пыльными плащ-палатками из полиэтилена, пара ящиков с противогазами и даже полноценный “скафандр” полной изоляции с надписью “МЧС России”.
— Богато! — прокомментировал Крюк.
— То ли ещё будет, — пробормотал я, колдуя с внутренним замком шлюза.
Здесь ситуация оказалась сложнее. Дверь была закрыта изнутри.
— Мы можем переждать гримуар и здесь, сообщила Ворона, осмотрев шлюз, — Только костёр я бы не стала разводить.