Ответ поразил ее, разочаровал. Уверенность матери, которая, конечно, рассчитывала, что между ними завяжется роман, повлияла на настроение. Но хотела ли этого Наташа? Хорошо, что можно умолчать о своих чувствах, чтобы не выглядеть перед Владом ничтожно глупо. Что произошло за те несколько месяцев после смерти Арсения, когда Наташа совершенно не звонила Харитоновым? Она не замечала раньше, что у Влада кто-то есть. Он сильно любил Люду. От этой любви даже окружающих било током. А она любила его. Наташа завидовала им так, что иногда пыталась сделать какую-нибудь неприятную мелочь. Например, прятала Людин телефон, когда звонил муж, или стирала любовную смс. Это было глупо, по-детски, но выходило само собой. Ей-то никогда не писали таких смс.
– Ты полюбил другую? Так неожиданно.
– Да. У нас скоро родится ребенок.
Наташа попыталась проявить осмотрительность и выпить еще пива, чтобы он не смог по ее лицу прочитать растерянность и сумбур, вызванные его словами. Захрустела пакетом с чипсами, вылавливая масленый ломтик холодными пальцами.
– Ого! Я поздравляю тебя.
– Спасибо.
Прогулка стала выглядеть вполне будничной, ощущение праздника пропало. Ей хотелось пойти домой, принять ванну, выпить чаю с вареньем и лечь на диван с книгой или вышивкой. А Влад пусть убирается прочь. Про его новую жизнь ничего не хотелось знать. Чувство надежды, возникшее вчера вечером, комкалось, как лист бумаги, превращаясь в грязные ошметки. Это шампанское так ударило в голову, что она стала думать о том, что у нее с Владом Харитоновым что-то может произойти. Она позволила себе думать, что он приехал ради нее.
– А как же Люда? – тихо произнесла она. – Я имею в виду она знает?
Влад не ответил. Мимо по дорожке проехали два велосипедиста, обдав их мелкими земляными брызгами. Нужно было стряхнуть их с одежды, спасительная пауза, когда не надо ничего говорить. Наташе не хотелось забывать, что Влад Харитонов когда-то ненавидел ее. Но эти мысли не придавали ей силы. Разочарование разливалось чернильным пятном с горьким привкусом. Ей так хотелось, чтобы у нее был мужчина! В данный момент до боли хотелось, чтобы этим мужчиной был Влад. Не зря же он приехал! Перст судьбы! А может, он пошутил насчет другой женщины? Вдруг пытается проверить Наташины чувства, вызывая ревность? Она не решалась выяснить это, опасаясь нового разочарования.
– Послушай, – вдруг сказал он, – расскажи мне о своей сестре!
– Об Оле? – удивилась она, выходя из задумчивости. Ей не хотелось говорить про Олю. На лице отразились недоумение и страдание. Нелегко говорить о том, что когда-то было прекрасным и свежим, со временем становясь затасканным и мертвым.
– Да, ведь я о ней ничего не знаю.
– Кажется, ты не хотел ничего знать.
– Не хотел.
– Понимаю.
– Но кое-что мне известно.
– Что?
– Совсем мало. Эта информация случилась помимо моей воли, хотя я не собирался слушать. Когда мы усыновили Арсения, то нам рассказали, что его мать никогда не наблюдалась у врача. Она умерла от заражения крови через несколько дней после родов. Всю беременность она курила и пила. Нас заверили, что серьезных заболеваний у мальчика нет. Но я помню, что тогда был поражен. Я никогда не думал, что будущие матери могут быть так беспечны. Меня потрясло то, что у нее уже были дети. Значит, она понимала, что творит и чем может обернуться все для новорожденного.
Сухие слова Влада как-то успокоили Наташу. Будто не о сестре идет разговор, а о ком-то другом.
– Мы сами были потрясены.
– Но не так, как я! Потому что вы находились рядом. Вы понимали, что она из себя представляет. У вас была возможность как-то повлиять на происходящее.
– Мы не могли контролировать ее связи с мужчинами, – нахмурилась Наташа. Ей не понравились упреки.
– Как так получилось, что она родила третьего ребенка, но не хотела его? Возможно, ее бросил любимый человек? Или произошло что-то из ряда вон?
– Так получилось.
– Как так?
Наташа покачала головой, усмехнулась, понимая, что Владу будет трудно понять тот мир, в котором жила Оля. Мир, в котором обитают грязный пьяный секс, алкоголь, нищета, глупость и тараканы. Любимый человек! Оля следовала примеру героя романа Оскара Уайльда, который был внешне прекрасен, а гнилое нутро выплескивалось на портрет. Здесь же гнилое нутро выплескивалось в поступки, от которых сильно страдала семья.
– Оля была замужем, но потом они развелись, потому что его посадили в тюрьму.
– Она переживала?
– Не думаю. Но мы никогда не разговаривали об этом.
– За что его осудили?
– За наркотики.
– Серьезно. А…
– Нет, Оля не употребляла.
Наташа осеклась, вдруг понимая, что совсем не знает, употребляла ли что-то из наркотических средств сестра. Это причинило новую боль, провоцируя очередную волну липкого страха. Пришлось несколько раз глубоко вздохнуть. Влад, казалось, не обратил на это никакого внимания.
– Так почему она, проходив всю беременность, отказалась от ребенка?
