- Не переживай, Пименов, я тоже много чего думал, например, что высококвалифицированные учителя русского и литературы падают в обморок от хамства и жаргона, но оказывается, что некоторые из них дают фору законченным уркам, - улыбаясь, ответил он.
Весь класс заржал, хоть и не понимали они в чей огород упал камень, а я так сжал челюсть, что послышался скрип эмали зубов. Для меня стало полной шоковой неожиданностью увидеть здесь Сергея. Хотя не спорю, моя влюбленная тушка откликнулась всем существом, но я не собираюсь сдаваться просто так. Для начала стоит узнать, как его сюда занесло, да еще в роли учителя физкультуры – он же директор другой школы!
- Так, класс, поделились на две команды и взяли волейбольный мяч. Васильев, Крушинина и Пименов сидят на лавке и наблюдают за игрой, так как с их габаритами мяч их просто задавит.
Вот пакость! Что-то он не думал, что меня можно раздавить, когда всей своей восьмидесяти пятикилограммовой, мускулистой, тушей прижимал мою, пятидесяти трехкилограммовую, к кровати. Я, конечно, никогда не был качком, да и не буду, но тело у меня не костлявое, а наоборот – жира нет, но и ребрами не сверкаю, обычное спортивное телосложение.
Васильев и Крушинина радостно уселись на скамейку, я же не спешил.
- Пименов, тебе особое приглашение нужно? – рявкнул преподаватель, пасуя мяч другим ученикам, которые уже поделились на команды и встали по разные стороны сетки.
- Вы меня недооцениваете, Сергей Натанович, - сказал я, и прошел к одной из команд, где как раз не хватало одного человека.
- Пименов, если же ты сейчас немедленно не сядешь на лавку, то я лично пришибу, совершенно нечаянно, тебя мячом, а потом скажу что так и было! – терпению Сергея приходил конец, а я знал, что в этот момент лучше с ним не спорить, так как можно огрести не по-детски.
С тяжелым недовольным вздохом я уселся рядом с отличниками Крушининой и Васильевым, они радостно меня приняли в свои ряды. Пока Сергей отдавал последние наставления перед игрой ученикам, я же слушал непрерывающуюся скучную болтовню ботанов о предстоящей олимпиаде.
- Так, граждане, а ваши мозги мы применим к делу, - сказал Миронов, подойдя к нам. – Пименов, успокойся, тебя это не касается, - махнул он на меня рукой. – Крушинина и Васильев, так как ваш учитель физкультуры вновь заболел, и я опять его замещаю, то будьте любезны мне помочь. Вот вам три журнала выпускных классов, - он протянул им журналы, которые держал в руке. – Заполните их, пожалуйста, и рассчитайте внизу часы, а всеми уважаемый адвокат и защитник по правам сухопутных черепах, подробно расскажет и покажет вам как это сделать, - с этими словами, он щелкнул меня по носу, мстительно улыбнулся… и ушел наблюдать за игрой.
Мне же оставалось тяжело вздохнуть и с боем отбить журналы у Васильева и Крушининой, так как они добычей делиться не хотели, а мне было просто-напросто лень объяснять, как высчитывать часы. На протяжении всего урока я проклинал болезненного учителя физкультуры, который в течение двух месяцев не утруждал себя заполнением журналов, а если учесть, что этот месяц на исходе, а следующий скоро начнется, то придется еще немного попотеть. И куда только смотрит завуч?
- Сергей Натанович, а Пименов у нас забрал журналы и не отдает, - услышал я писклявый голос Крушининой. Блин, детский сад, штаны на лямках, лучше бы учителя так дрались за журналы в учительской. А что, было бы не плохо, если бы наша географичка, которая даже и не помнит, как это делается, и за нее это делает кто-то другой, естественно, из мужского коллектива, фанатично орала на всю Ивановскую: «Отдайте мне мою прелесть, я её за всех заполню!»
- Пименов, дай по журналу Крушининой и Васильеву, - спокойно попросил Миронов.
- Мне лень им объяснять, как их вести, - не отрываясь от расчета часов, ответил я.
- Пименов, - ласково проворковал Миронов, - я вижу, что ты всем сердцем любишь это занятие. Так ты не переживай, Валерий, я тебя такой документацией могу на весь год обеспечить, только в другом месте.
Тааак… я понял к чему он клонит, если я сейчас не отдам журналы ботанам, то весь последующий год нашей географичке даже искать не придется того, кто будет выполнять ее работу, впрочем, как и всем остальным учителям нашей школы. Конечно, все обрадуются и будут в ногах валяться у Натановича, а меня завалят работой.
Как ядовитую змею отбросил их на колени своим одноклассникам.
- Ладно-ладно, я не претендую, - сказал я, как Барток Распутину из моего любимого мультфильма «Анастасия».
- Вот и ладушки, - улыбнулся мне Сергей.
К концу второго урока по физкультуре я был весь взмыленный и злой, из-за того что битый час объяснял как заполнить правильно журнал. Если для Васильева и Крушининой это было просто интересное развлечение, то для меня – работа, которая уже порядком сидела в печёнках. Хотелось встать и во все горло спеть песню Распутина «Все во мраке ночи…», только имя «Анастасия», заменить на «Сергей».
Когда прозвенел звонок, я забрал журналы у ботанов и отправился прямиком в каморку к Миронову.
