Пытаюсь вспомнить, в какой счастливый ужас меня повергла новость о собственной беременности. Нам с Уэйдом пришлось нелегко. Мы в тот момент еще не были женаты, даже не помолвлены. В день свадьбы живота еще видно не было, так что никто о нашем секрете и не догадался. И я помню панику, накатывавшую на меня, как сейчас на Марту.
Больше всего меня расстраивало, что планам конец. В Лондоне мне не работать, мир не изменить. И конец приключениям. Вернее, меня ждало самое большое приключение, но пережить мне его предстояло, не выходя из дома. О том, чтобы покинуть Хэмли, больше не могло быть и речи. Что же касается мужчин… Теперь у меня был Уэйд, навсегда. Он поступил добропорядочно и сделал предложение, и я была ему благодарна. Боюсь представить, чтобы в ином случае сделали мои родители.
– Душа моя, знаешь, что мы сейчас сделаем? – Я беру Марту за руку. – Напишем список – все-все, что ты хочешь успеть до родов. И составим из него основной и запасной планы.
– Ох, миссис Коттон, теперь понятно, в кого у нас Лина, – с улыбкой отвечает она.
– Зови меня Эйлин, хорошо? Какая уж я теперь миссис.
Я достаю блокнот и пишу на чистом листе: «Список Марты».
– Кстати, а ты поговорила с домовладельцем насчет холла? – вспоминаю я, заметив пункт «привести в порядок холл» в моем списке дел.
Марта устраивается поудобнее и вытирает слезы.
– Точно, хотела же вам рассказать! Идея ему понравилась. Сказал, даже денег выделит. Всего пятьсот фунтов, но…
– Пятьсот фунтов? Нам хватит! – Тут я задумалась, глядя на Марту. Похоже, бедняжка все утро провела на этом диване, оплакивая свою судьбу. – Знаешь что, твоим списком мы займемся немного позже, а пока отвлечемся на не менее важное дело!
– Ох, спасибо! Слез на сегодня и правда достаточно. – Она встает, вытирая глаза. – Вниз по улице есть антикварный магазинчик – может быть, найдем там что-то из мебели.
– У меня есть идея получше, – отвечаю я с улыбкой.
– Господи… – Марта прижимает руки к груди. – Что за место?! Настоящая сокровищница! А это кресло! Это какой же век? Восемнадцатый?
В стремлении добраться до кресла она перелезает через один из многочисленных журнальных столиков Летиции.
– Полегче, милая. – Я смеюсь и поддерживаю ее под локоть. – Без мужской помощи нам тут не справиться.
– Вы правда разрешите использовать вашу мебель? – Марта смотрит на Летицию с удивлением.
– Почему бы и нет? Главное, чтоб дальше не растащили, а так – забирайте. Особенно если… – Она вздыхает. – Мне затея с холлом по душе. И я не против новых знакомств.
Должно быть, в Лондоне много таких людей, как Летиция, – едва ли в других многоквартирных домах атмосфера более добрососедская. Наверное, одному в большом городе тяжело, особенно когда ты сам уже не молод.
– Как ты думаешь, домовладелец разрешит нам использовать холл для чего-то… помасштабнее? – интересуюсь я у Марты.
– Вы это о чем?
– Пока до конца не решила, но… Летиция, у тебя найдется еще несколько столов?
– В подвальной кладовке должны быть.
У Марты такой вид, будто она вот-вот упадет в обморок.
– Еще и кладовка!
– Показывай дорогу, – прошу я Летицию. – И по пути как раз найдем помощников. Есть у меня кое-кто на примете.
Благодаря тонким стенам я узнала, что парочку в сандалиях зовут Руперт и Аврора. Я решительно стучу в их дверь.
Очевидно, гостей Руперт не ждал. Он смотрит на нас с удивлением и рассеянно убирает волосы за уши.
– Здравствуйте… Извините, забыл ваше имя. Айла?
– Эйлин. Эйлин Коттон. Это Марта и Летиция. А вы?..
– Руперт. – Он протягивает руку, запачканную краской. – Точно, Эйлин. Я все хотел зайти и извиниться… Моя девушка становится не особо приветливой, когда у нее новый проект. Она скульптор. В тот день, когда мы впервые столкнулись с вами, она работала над сложной металлической конструкцией, да так увлеклась, что даже про еду забыла… Простите, что она повела себя грубо. И примите извинения от нас обоих.
Моя улыбка становится чуть менее надменной.
– Ну, все мы бываем не в духе, когда голодны, – снисходительно киваю я. – Если хотите загладить вину, сейчас самое время. Идемте!
– Простите, идем куда?
– Заняты чем-то важным? – Я гляжу на него в упор.
– Нет-нет. Дайте только обуться, и я в вашем распоряжении.
Мы стоим в центре холла, окруженные разнообразной мебелью, дневной свет струится сквозь прекрасные окна.
Все смотрят на меня в ожидании, а я начинаю сомневаться в своей затее. В какой-то миг меня посетило былое вдохновение, но потом я вспомнила, с каким безучастным видом встречает мои задумки Деревенский Дозор…
Я делаю глубокий вдох. Ладно, кто не рискует и все такое. Что бы сделала Лина?
