Я быстро выхожу, решив встретить дядю у кареты.
Алексей Васильевич действительно страдает от открывшейся старой раны.
Он очень похудел и вышел из кареты не самостоятельно, а с помощью двух лакеев.
То, что я встретил его около кареты, ему очень польстило и это сразу же было видно.
— Здравствуй племянничек. Рад тебя видеть. Ты, Александр, порадовал старика, очень порадовал. Не ожидал, откровенно скажу, что ты из Парижа вернешься другим человеком. Жаль что родители твои этого не увидели. Ну пойдем в дом, посидим и поговорим спокойно. Мне кровь из носа надо на Урал. Не знаю правда как доеду.
На этот раз слово «племянничек» меня не задело, оно было сказано с другими интонацией и смыслом.
Мы прошли в столовую и дядя распорядился подавать обед. Ничего алкогольного подано не было и я сразу же обратил на это внимание.
— Я в Калугу приехал по необходимости. Боюсь больше сюда мне вернуться не суждено. Поэтому на последок должен своими глазами увидеть как мои распоряжения выполнили. Заодно и с тобой вот встретились.
— Да я и сам мог бы приехать к вам, — мне на самом деле это было бы даже интересно. Как ни как шанс посмотреть на имение дяди.
— Мог, не мог. Это гадание на кофейной гуще. А тут встретились.
К поданным блюдам дядя почти не притронулся, только попробовал поданный суп и съел в итоге всего одну ложку.
— А на меня ты не смотри, ешь. Твоё дело молодое. В 12-ом году твои любимые французы подстрелили меня почти в родном имении. До моих полей наверное сотня саженей всего была. Много лет рана не беспокоила, а последние пять лет каждое лето или в начале осени открывается.
Дядя погладил свое правое бедро. Я резонно предположил, что пуля попала именно в него.
— Новость про Василия мне как бальзам на душу. Вот уж чего ни как не ожидал. Расскажи-ка мне все про свою поездку в столицу, да по-подробнее.
Сказать, что я все рассказал подробно и без утайки, значит ничего не сказать. Алексей Васильевич много раз останавливал меня и подробно расспрашивал о каких-то незначительных на мой взгляд деталях. Когда я закончил, он долго молчал.
— Своего родного брата спасти святое дело. Ты правильно мыслишь как это можно сделать, если конечно дело только в деньгах будет. И из твоей затеи с привилегией прок наверное будет. То что ты её получишь, не сомневайся. Раз генерал Чернов тебе пообещал помочь, значит так оно и будет. Но на будущее старайся от них держаться подальше.
Алексей Васильевич замолчал и приказал принести свечи, несмотря на то, что еще было светло.
— Тебе один раз в жизни повезло что как уж сумел в маленькую щель заползти. Это всяким Светловым можно куролесить, из гвардии рядовым на Кавказ, затем за своим шефом ради блажи ехать зачем-то полицейским офицером в провинцию, а потом опять по щелчку пальцев в лейб-гвардейцы. А ты если оступишься, то вряд ли еще раз поднимешься. И смотри, за любезными улыбками можно ведь и врага не разглядеть. и удар получить откуда не ждешь.
Конечно было бы лучше услышать от дяди конкретику, но скорее всего чудо что он вообще мне это сказал.
— Как ты назвал этого старичка который тебя просвещал в Москве? Отставной подполковник говоришь. Вот уж не думал, что он еще жив. Напиши ему и попроси по подробнее узнать, где Василия держат.
— А что он это может сделать? — моему удивлению не было предела.
— Не знаю каким образом, но он может, возможно единственный, кто может. Мало ли как карты лягут. Могут вдруг и другие варианты открыться. И писать когда будешь, привет от меня передай, напиши, что помню.
Я для себя решил часть денег, которые для нас занимал дядя, вернуть. По крайней мере пять тысяч неизвестному кредитору и восемь Кознову. Кто такие кровопийцы Гинцбурги тайной для меня уже не являлось и мне было очень неприятно что для меня матушка пыталась занять у них деньги.
Первое время после попадания, я проводил четкую грань между собою и Сашенькой которым до этого было мое тело. Но чем больше проходило дней от того события, тем больше она стиралась. И очень многое из бывшего с ним, я уже связывал с собой, считая что прожитое им это моё.
Дядя такого моего предложения явно не ожидал и удивленно покачал головой.
— Раз ты так решил, значит пусть так и будет. У меня острой нужды в деньгах нет, но лишними они никогда не бывают. Я их отложу пока. В крайнем случае можешь на них рассчитывать если все таки придется выкуп большой платить, — Алексей Васильевич прищурился и ожидаемо заговорил о долге соседям. — А за долг Тороповым не переживай. Они скорее всего в свое имение вернуться не скоро и возможно даже будут его продавать. Так что имей в виду. Все таки часть своей земли твой батюшка им продал.
Алексей Васильевич неожиданно задорно хохотнул и сменил тему.
— А Аглаю Дмитриевну категорически отвергаешь в качестве спутницы жизни? — я от неожиданности даже чуть не подавился куском хлеба. — Самохватов твоих долгов перекупил столько, что теперь он основной кредитор. Чуть ли не половина ему принадлежит. Он наверное полагал на тебя таким образом надавить. А как потребует срочно? Что делать будешь?
