— Вот и посмотри и составь план.
— Но — было я.
— Неужто много с нас запросишь, а Анджей Радомирович? — и посмотрел на Новака.
— Да тут не в этом дело.
— А в чём?
— Мне даже дом не на кого оставить. С кухаркой не знаю, что делать. Она мещанка. Ездить туда-сюда надо. Фёдора одного на всё не хватает. Людей нет — подвожу итог.
— А как же с охраной? — Новак.
— А — махаю рукой — плохо, но пока бог миловал, но это ненадолго, скоро полезут попробовать.
— Кухарку оформи в услужение на долгий срок. Троих дворовых из служивых я тебе подберу и перепишу, хватит? — повеселевший Мальцев.
Хотя я не знаю и не понимаю от чего. Надо как-то у Новака выпытать.
— И Фёдора навсегда — наглею я. — Привык я к нему. А то пока другим объяснишь что надо, так быстрее рак на горе свистнет.
— Согласен — улыбнулся Мальцев.
Дальше все пошли спать. А я подумал и спрятал раскладушки в погреб. Во-первых, они все равно не доделанные. А во-вторых не охота опять объясняться с Мальцевым, почему не ему. Вот же ручки загребущие.
Когда утром ели горячий суп приехал Фёдор и привёз колбы. Он уже перекинулся парой слов со слугами, тем более что многих знал.
— Ну, собирай свою лампу — Мальцев — посмотрим, что это.
Сборка прошла успешно, но пришлось закрыть ставни, чтобы посмотреть работу.
— Так, сколько ты говоришь, она будет гореть при одной заправке.
— Ну, надеюсь около двух суток — вырвалось у меня.
— Это равно 5–6 свечам — быстро посчитал Мальцев.
— Это если керосин привозной покупать, но нефти много и болотной и в других местах. А значит, со временем лампы их вытеснят свечи. Да и светят они лучше. А это значит, что в большом помещении будет экономия — говорю.
— Да знаю я твою нефть. Её ещё греки тысячи лет назад, разделяли на части, и греческий огонь с неё делали. А у нас Лайтман в Москве в Берг-Коллегии ещё в 1748 с ней работал. Что-то там вычитал в царской библиотеке и её полностью разделил. И давай хвастаться перед всеми. Вот только, что с этим делать? Как денег заработать? Так и не придумал. А на свои «опыты», шельмец, потратил две тысячи рублей золотом. Ох, тогда Елизавета Петровна и разгневалась. Шуму-у было. Вот и не хотят ей заниматься.
— Что, правда? — вырвалось у меня.
— Так, ты правильно посчитал, что мне не стоит этим заниматься самому? — вернулся к теме ламп Иван Акимович.
— Правильно. Лучше стеклом к ним и можно разные формы делать.
Да сколько же тут подводных камней? Причём где-то так густо, а где-то совсем пусто. Англичане просто первые додумались всё описать и под себя подгрести, пока другие клювом щёлкали.
— Ну что же посылаем к Добрынину. Он ещё обижается, что ты его так и не пригласил в гости, хотя обещал — Мальцев.
Твою ж дивизию… и правда обещал… и забыл. Придётся исправлять…
Начали прибывать спутники Мальцева, а за ними Добрынин с адъютантом, который нёс небольшой самовар. Ну вот, похоже, не зря я не покупал самовар, есть мне подарок на новоселье. Сразу стало тесно и сутолочно и опять стол пришлось накрывать. Но на этот раз лёгкими закусками, можно сказать бутербродами обошлись. Надо им шведский стол ввести с канапушками мелькнула мысль. Выставили водку и коньяк. После пары рюмок и здравниц небольшого застолья, теперь уже Добрынин крутился возле печи.
— А я-то думал, зачем Вам уголь, когда мне докладывали. Это же какая экономия? — Николай Николаевич. — А тепло во всём доме, я прямо упарился. А мне сделать можно? А сколько стоит? — посыпались от него вопросы через некоторое время.
— Для больших зданий, надо заказывать термометры, манометры и часы — вздыхаю я.
— Закажем, Вы только скажите какие? — Добрынин.
Тьфу. Я-то, думал отделаться, а они тут оказываться во всю уже используются. Тьфу, опять. Опять туплю, паровые машины работают кругом, уже бог знает сколько лет, так что всё есть.
— Сначала в моём доме в Москве — поднимает палец Мальцев. — Я Вам подарок привёз — и отдает распоряжение, слуга притаскивает огромную коробку.
— Конечно, конечно уважаемый Иван Акимович. Я думаю Дмитрий Иванович быстро справиться. Это же не дом строить, правда? — наступает Добрынин, а сам рассматривает большую красивую стеклянную вазу, переливающуюся гранёными сторонами.
Может мне им тут всю Русь перестроить? Я им что, Пётр Первый. Да ещё на халяву… Эх, а куда я денусь с подводной лодки? И чуйка говорит, что этим двоим мне придётся на халяву строить.
— А вот Вы посмотрите на этот чудесный прибор. Уважаемый Николай Николаевич — указывает на лампу, где корпус спрятан в коробке, Мальцев.
— Новая Аргандова лампа — градоначальник, подходит и принюхивается — а чем вы её заправили, что не так смердит?
— Нет, это совсем другой прибор и мы хотим наладить производство в Туле. Как вы на это смотрите?
— Очень хорошо, но что Вы предлагаете? — Добрынин.
Вот жук. Это типа вам надо, а раз надо платите. Но Мальцев это не я, тут его на мякине не проведёшь.
— Мы пришли к мнению, что ваши мастера по самоварам с этим лучше справиться. А стекло будут выпускать у меня в Дятьково — Иван Акимович.
— Так какую помощь Вам от меня надо? — Николай Николаевич.
