Второй экземпляр, ружьё Драйзе (под индексом — легкое капсульное ружье 1841 года). Нечего себе легкое. Предложенное в Пруссии в 1836 году 4,8-линейное ружье Дрейзе, после тщательного испытания, было принято для пехоты под названием обр. 1840 года. Применение унитарного бумажного патрона и скользящего затвора увеличило скорость стрельбы в 4–5 раз, но подражания в других армиях долго не вызывало. Так как многие военные авторитеты скорострельность ружья признавали даже вредной и опасной. С точки зрения напрасной траты патронов и трудности в бою удерживать управление огнём в руках командира; заряжание с казны и унитарный патрон признавались полезными только в виду удобства заряжания, при стрельбе лежа, с коня, через бойницы, когда употребление шомпола было неудобно; все же внимание было обращено на вполне удовлетворительную обтюрацию. Поэтому во Франции, где Дрейзе начал свои работы прежде, чем обратиться к Пруссии, его ружье не было принято. В России, после испытания в 1850-х годах, ружья Дрейзе тоже были признаны неудобными.
То есть, наши вояки, его как-то добыли, помучились, а потом спихнули мне. За сколько мне их благодарность обошлась. Всего-то «несчастные» полторы тысячи рублей ассигнациями! Ой-ой-ой. Хотя опережающее явно своё время. Ничего, кое-что мы отсюда позаимствуем.
Дальше две немецкие даги, одна с защитой кисти, вторая как кинжал. Надо обязательно научиться с ними и против них действовать. Великолепная вещь, жалко, что такая дорогая. И железо на дагах очень хорошее.
Валлонская шпага, венгерско-польская гусарская сабля, сабля Баторовка и польская корабела.
Качество, всего оружия было хорошее, а цена еще лучше. Это меня очень расстроило, но деваться некуда, пришлось платить.
В расстройстве от таких больших финансовых трат, долго не мог заснуть.
А на утро нас… вернее меня… обворовали. Гады. Поймаю, убью.
— Что Кеша, осиротели мы с тобой — соболь уже спокойно сидит на своём бревне и лакомится рябиной, которую я принёс.
Я тут из себя «крутого строю», а какие-то наглые воришки на моём подворье ведут, как у себя дома. С… Что, довыделывался? Думал, что тебе тут на руках носить будут? Счас.
Почему не забрали и соболя, для меня загадка? Может рабочих рук не хватило? Кеша к себе и не сильно-то и подпускает. Более или менее ладит только со мной и Ванюшей. Вот и не захотели или скорее побоялись устроить шум? С другой стороны соболя у нас не водятся, и продать одну шкурку не так и просто. Тем более со следами ошейника, сразу привлечёшь внимание. Мех соболя поступает в основном с Сибири — раз. Нефрит, скорее тоже оттуда — два. Серебро, в поясе у Кологривова, тоже похоже ворованное с сибирского рудника или с нелегального — четыре. На уральских рудниках сейчас за ним очень строго смотрят. Мужика, у которого я нашёл камешек, так и не опознали — пять. Воры были очень осторожные и очень хорошо технически «подкованы», что говорит о их профессионализме. Явно проделывали такие штуки, и не раз — шесть. Как всё запуталось. Или это звенья одной цепи? Всё может быть. Если поймаем, спросим… обязательно и не раз.
Воры увели три лошади, три коровы и теленка. Больше всего мне было жалко Звёздочку. Привык я к ней, а она ко мне. Мои успехи езды на лошади оставляли пока ещё желать лучшего. Да, чему-то я научился, но вот очень сомневаюсь в своих возможностях на длительный переход. Значит надо делать… тачанку, типа ландо, которых поставляют в Россию от немцев. Но немного другую, небольшую на двух человек и немного груза. Она должна пройти по узким дорогам, а в случае чего мы смогли перенести на руках. Её должна резво тащить одна лошадь. Сколько сразу всего навалилось с этим б… ограблением.
А началось всё утром. Прибежал в дом сосед Трофим с круглыми глазами и всклоченными волосами.
— Там, там… коров нет, лошадей нет — только и смог вымолвить он.
Пошли смотреть. Дверь в сруб, который был рядом с конюшней, в котором жили Семён с Фатеем, была подпёрта бревном. Внутри сруба какой-то сладковатый запах. Вот не пойму, что он мне напоминает? Фатей с Семёном, похоже, спят, но как-то неестественно.
— Быстро их на улицу — командую Степану с Леонидом. Выносим на морозный воздух. Чёрт. Как же так?
— Кто был сторожем?
— Сын — обречённо Ремез.
— Гриша как же так? А Рем, что делал?
— Со мной был — опустил голову парень.
В результате моего расследования выясняется, что парень пожалел собаку и запустил в дом. А потом, два сторожа сладко уснули.
Нашли тропку в снегу, по которой увели скотину. Нет, не зря я так переживал за «огороды», оттуда воры и пришли. Мало того, они ещё и подпилили тайно забор, причём делали это давно и не торопясь. Я обратил внимание на срез, он был разной свежести. Так значит, за мной ещё и интенсивно наблюдают? Интересно откуда? Надо срочно принимать меры к обороне.
Следы вывели на дорогу, где и терялись. Да незадача. Возможно Фатей, что-нибудь и нашёл, а мы нет. Опять пожалел об отсутствии овчарки. Так смотришь, может и нашли бы. Далеко их вряд ли увели.
