— Ну, допустим я, так не считаю. У каждого государства свои недостатки. Ну а зачем опровержение? — и вытягиваю ноги.
— Вы это серьезно?
— Конечно. Вы, «Тысяча и одна ночь» не читали?
— Не доводилось.
— А вот зря. Обязательно прочтите.
— И в чём там дело?
— А в сказках и былях.
— Как в сказках? Как-то Вы, Дмитрий Иванович, совсем меня запутали. Разговаривая с Вами, я ловлю себя на мысли, что кому-то из нас… нужен доктор.
— Вот. Теперь Вы, наконец, мыслите креативно. Но немного, не в том направлении.
Сергей Павлович схватился за голову двумя руками и посмотрел на меня. Потом медленно произнёс. — Хорошо, что у меня только один такой знакомый… как Вы.
— Не согласен. Смотришь и Ваша служба лучше бы работала и… интересней.
— Так, что у Вас случилось?
Рассказываю историю моего позора.
— Ай-ай-ай. Как же это Вы так? — наконец отыгрывается полковник.
— Будем надеяться, что неудача меня закалит — шучу над собой. Хотя мне совсем не до смеха.
— Хорошо, я подумаю. Чем смогу, помогу.
На этом мы и прощаемся. Я еду к купцу Молчанову. Зачем я ему интересно понадобился?
Довольно молодой купец 1 гильдии Александр Прокофьевич Молчанов, лет под тридцать, встретил меня очень приветливо. Начинающий полнеть крепыш, в темном английском костюме тройке. С часами, как положено, на животе. С пышными усами, но без бороды. С длинными волосами, с пробором посередине. Кстати, моя короткая причёска всех приводит в недоумение.
У него какая-то смешная обувь, я даже и не смог её определить. Спрашивать не буду, а то ещё обидится.
После появления керосиновой лампы, Молчанов быстро сориентировался и прикупил несколько мелких мастерских. Причём выбрал со знанием дела, и с хорошими мастерами. Интересно, сколько он на это дело денег «ухлопал»? Я так подозреваю, что несколько десятков тысяч. Сейчас он их уже объединил в заводик, планирует, летом строится. Они, что все сговорились? Да тут цены тогда на мастеров и материал, до небес взлетят.
Его тоже взяли в компанию «Тульский Свет», за его связи, деньги и деловую хватку. Скорее всего, в Туле начнется поглощение мелких металл мастерских и сманивание мастеров. Уже дошёл слух с Лейпцига, об очень удачной торговле тульских купцов. Они тогда быстро сориентировались, молодцы, и направили самые дорогие лампы, самовары и другие товары. Задрав на них ценны, насколько возможно и только продажей за серебро. Даже Стрельников со своими столами, стульями и раскладушками подсуетился. А сырьё, послушались моего совета, попридержали для разных производств. Но думаю, что скоро, они мне это напомнят… и не раз. Это пока зима и морозы их «тормозит». Ничего я им подкину… пару масштабных проектов.
— Рассказывайте, зачем звали Александр Прокофьевич? — после приветствия, расспросов о здоровье и обязательного чая. Времени у меня и так не много, поэтому стараюсь «быстрее закруглить, вступительную часть».
Он тут же уходит в соседнюю комнату и возвращается с большой коробкой, которую ставит на стол.
— А вот посмотрите, что мои мастера сделали? Как Вам?
Оттуда он первым достаёт круглый медный цилиндр и передаёт мне. Размером цилиндр 6–7 сантиметров в диаметре. Сантиметров около двадцати в длину, и явно раскрывается посередине. Чем-то напоминает баллончик для дезодорантов с 21 века.
— Можно? — смотрю на хозяина, не решаясь раскрыть.
— Конечно, конечно.
Снимаю крышечку, под ней небольшая, в палец толщиной металлическая шестерёнка, с зубцами внутри и снаружи. Внутри шестерёнки, посередине ещё один колпачок. По бокам, под наклоном, закреплены два маленьких кремния, концы которых поджимают металлические скобы, к краям шестерёнки. Надо признаться, всё сделано очень искусно и явно обошлось это не дешево. Молодцы. Не перевелись у нас ещё Левши. Я уже догадался, что это какая-то зажигалка. Дадим хозяину продемонстрировать, а то вон он как довольной улыбкой сверкает. Прямо, как новый пятак.
— Ну, покажите, что это Вы, за чудо такое сотворили? — и передаю хозяину цилиндр.
— Вот смотрите — хозяин явно доволен похвалой. Потом снимает второй колпачок, под которым находиться фитиль. Резко, пальцами открытой ладони, крутит шестеренку. Сыплются искры, и загорается фитиль зажигалки.
— Очень хорошо, просто великолепно — искренне восхищаюсь я.
То, что сейчас имелось в наличии и продаже, с этой зажигалкой ни в какие сравнения не шли.
Огниво Иоганна Вольфганга Дёберейнера производимое у немцев с 1823 года. Этот прибор вскоре стали продавать по всех немцев и у нас. Практичное и относительно безопасное огниво Дёберейнера имело успех, его выпуск достиг 20 000 экземпляров уже к 1829 году. Но там стеклянные колбы, серная кислота и другие «прелести».
Сегодняшние спички, которые европейцы украли у китайцев, тоже оставляют желать лучшего. Первоначально спички были изобретены в Китае в 577 году при династии Ци, которая правила в северной части Китая[6]. Придворные оказались в военной осаде и остались без огня изобрели их из серы.
