Староста первым переварил эту новость и несколько раз тряхнув головой прокомментировал:
— Как скажешь, барин. Мы люди подневольные. Желаешь платить нам твоя воля.
Работать мужики сразу же начали без раскачки и как говорится с огоньком. Я покрутившись вокруг, минут через сорок понял, что только мешаю людям работать.
Увидев, что я вернулся, Пелагея не сдержала удивления и спросила:
— Барин, а что за мужиками присмотр не нужен?
— Думаю, что они и так справятся, Чай не дети.
— Чудно это все как то, барин. Везде заведено, что за мужиком глаз да глаз нужен.
— А у нас, Пелагея, будет по-другому. Вот за тобой нужен глаз да глаз.
— Ну, барин, я это я. Мне в этом доме всегда доверяли и не приучена по-другому.
— вот и будем с сегодняшнего дня всем доверять, тем более, что я решил всем жалование платить. Кем, кто хорошо служит мне, работает честно и правильно буду платить больше. А лентяев, нерадивых и не дай бог воров буду гнать в шею.
Пелагея покачала головой и ничего не ответила.
Мой план работ на ближайшие дни таков.
Заканчиваем основные работы на уборочной и проводим праздник урожая. Его изюминка то, что барин проставляется как обещал.
Оставшаяся неубранной картошка на своих участках будет постепенно убрана бабами и мелкими. Времени для этого вполне достаточно.
Всем сосновским в ближайшие дни решаем как жить дальше. Надеюсь, что мужики решат попробовать, говоря терминами времен КПСС, обобществить средства. Навскидку это даст несколько десятин пашни за счет отказа от межевых борозд.
Не решатся попробовать, будем работать по старому и думать что делать.
После наведения порядка в запушенных сараях Сидору будет поставлена задача привести в порядок вырубки леса.
То, что там оставлено надо удалить, кое-что вполне можно назвать деловым лесом, но по большей части это пойдет на дрова.
Меня лично ждут беконные эксперименты и попытки получения сгущенки.
Но первым делом я, вернувшись с реконструкции сарая, продолжил экзаменовать Вильяма с Маней.
Вильям об уготованной ему участи еще не знает, но догадывается судя по всему. С Дуняшей и Анфисой заигрывать больше не пытается, в отличии от предыдущего дня.
Со французским омлетом, майонезом и «Оливье» знакомство уже состоялось и на мой взгляд успешно.
Вильяма таким серьезным я вижу первый раз, он очень старается и ведет себя идеально, ну прямо ангел во плоти.
Наконец он не выдерживает и задает мне вопрос:
— Скажите, сэр, что вы задумали в отношении меня?
Я его вопроса ждал и мне было интересно сколько времени он будет терпеть.
— Женить тебя на Марии.
— Сэр, я не это имел в виду, а моё обучение поварскому искусству.
— В моих планах открыть ресторан в Калуге и чтобы ты там был шеф-поваром.
— Надо полагать, что изюминкой ресторана должна стать французская кухня? — резонно предположил Вильям.
— В правильном направлении мыслишь.
— Вы, сэр, предполагаете, что мы с Маней будем вместе работать?
— А ты что-то имеешь против? — интонации в голосе Вильяма какие-то удивительно странные.
— Нет, сэр, что вы. Мне эта идея очень нравится, как и поварское дело. Очень интересное и захватывающее. Только у меня вопрос имеется, а что будет из английской кухни.
— Из английской? — переспросил я. А что действительно можно предложить из островной кулинарии.
Я знаю блюда из говядины: ростбиф и бифштекс; естественно овсянка по английски, то есть на молоке с сахаром, для России это диковинка; суп «Тортю» и конечно пудинги и яблочный пирог. Естественно яичница с беконом и сам бекон в нарезке.
— Ты сам знаешь, что такое суп «Тортю»?
— Конечно знаю, сэр. И умею его готовить. К сожалению на кухне нет трюфелей, а то бы я приготовил его.
— Без трюфелей можно и обойтись, я их конечно закажу или мы найдем здесь. В России этот гриб тоже растет. А ты, дружок, давай показывай класс, как у нас говорят: назвался груздем — полезай в кузов.
Вильям не смутился и без раскачки принялся готовить этот английский деликатес. Но я видел, что у него есть еще один вопрос, вернее как минимум один вопрос.
— Ты, я вижу еще что-то хочешь у меня спросить.
— Да, сэр. А кто будет моим небесным покровителем в России?
— Святой Вильгельм из Занна?
— А русские его тоже почитают?
— Так мне сказал наш батюшка.
— Это замечательно, сэр, у меня останется тот же святой.
Во время нашего разговора будущая мисс Тэрнер прислушивалась к нашему разговору и мне даже показалось, что что-то она поняла.
Каких-либо проблем с её профпригодностью нет. Пелагея очень довольно новой ученицей и несколько раз при мне похвалила её. Так что если Вильям окажется молодцом, то проблемы с шеф-поварами в будущем ресторане не будет.
Окончательное решение о возможной административной карьере Вильяма на этом поприще я еще не принял. Спешить в этом деле не надо.
А ведь есть еще и немецкая кухня. Что здесь имеет место.
Шницель, это раз. Какие-нибудь копченые колбаски к пиву, это два. В трактире оно будет обязательно. Яблочный штрудель конечно, это три.
Куда без блюд из картошки, немецкий салат и теже кнедлики. Это четыре. И конечно пять — знаменитый зурбратен.
