Приехал к ней, а она там с каким-то мудаком стоит, он её за руки держит, потом обнимает и в подъезд с ней заходит. Вот и конец истории. Он или ещё какой-то, с кем лёгкие отношения практикует – ни ебёт уже. Если попросит отвадить ухажёра, просто пошлю её в глаза. В этом дерьме я не копаюсь больше. Пусть как-то сами. Одна бегает то там, то тут, второй донимает звонками и сообщениями. Стоящая друг друга парочка. Я там никаким боком.
– Ты что, – бровь вверх летит, – совсем ничего не знаешь? Он же её шантажирует? Дружков на неё своих натравил. Она как послала на хер, так он и начал. Ты что не видел ни звонков, ни сообщений?
Да ёб вашу мать!
Стреляю злым взглядом. Она в немом шоке, словно я всё ещё понять что-то должен. А я только и помню, что она мне сказала, что это бывший, что иногда звонит, что не нужна на хуй моя помощь.
– Твоя подруга отказалась от моего вмешательства, – ровно произношу затягиваясь.
– Что?
– Блять! Если это всё, то пока, – откидываю окурок и разворачиваюсь.
Всё, на хуй. Умываю руки. Внутри так клокочет, что хоть иди и морду кому-то набей или сам получи, тут уж не знаешь, что сработает лучше.
– Я думала, что ты нормальный, а ты такой же говно, как и все! – истерично кричит, народ разворачивается, прибавляю шаг, но взявшись за ручку двери застываю, – Он её заставил тебя бросить.
Разворот. Народ заинтригованно оглядывается, а мне… у меня, сука в голове шум. Подхожу вплотную.
– Повтори.
– Андрей сначала просто писал, типа люблю, вернись, потом стал шантажировать, обиделся, что она так скоро на него забила и с тобой начала, – выпаливает быстро.
Глазищи огромные, губы дрожат. Паника?
– Ни хера не ясно, – отсекаю.
– У него есть видео.
Подаётся ближе и шепчет, а у меня винтики в голову вкручиваются как мириады песчинок. Болезненно. Мозг пашет на максимум, а эмоции вышибают пар из ушей.
– Какое?
Глаза отвела. А меня снова полоснуло. Блять…
– Подробнее, – давлю.
– У него видео, Игнат. Она не знала. Она же у нас совсем ни такая… не знаю как, но там оно есть… – сбивчиво тараторит, – всё понятно там. Он сказал, что если не бросит, то тебе покажет, что сольёт на порно сайте, что так её окрасит, что не отмоется, припугнул. А Рита… я её маму знаю, там так строго всё, что она…
Останавливаю жестом, Марина сбивается мгновенно, но всё равно продолжает на каком-то внутреннем резерве:
– Я думала, что перебесится, что отвалит наконец. Потом история с твоей мамой и её криками о том, что подружка у сыночка должна быть без пятен, что будущее твоё золотое и всё в этом роде. А Андрей, сука, мудак, как чувствовал… Всю свору своих дружков на неё стравил, он её мучает, понимаешь? Она плачет постоянно, мне просто страшно, что она что-то сделает. Понимаешь?
Каменею. Всё слышал прекрасно. Но блять… Ни чего из сказанного не вяжется с той мягкой девочкой, которая растекалась в моих руках. Я что-то во всей истории явно не догоняю.
– Суицид?
Волосы неприятно зашевелились на затылке. Это вам ни хрена, ни шутки.
– Я не знаю… но она грани, просто на грани, практически заламывает руки Марина.
В уголках глаз слёзы скапливаются, она рот ладонью закрывает, словно крик сдерживая. А я почему-то её обнимаю одной рукой. Утыкается носом, всхлипывает. Что за грёбанный пиздец?!
– Просто помоги, пожалуйста, ты же можешь, – всхлипывает жалобно, – Напугай, морду набей, пригрози чем-то…. Как вы там это мужики делаете. Я не знаю. Просто помоги ей… – мольба в голосе глушит перепонки.
Минуту молчим, у меня пазлы в голове складываются, яростно круша всё к херам собачьим. Я же, блять, помню, как она ко мне льнула, как на ласку напрашивалась, как раскатывалась. Думал… любит, а она утром свалила. В её духе вполне, полез выяснять, а меня там же и послали. Сейчас это. Как серпом по яйцам.
Где правда?
Как юрист, я вполне допускаю, что правда где-то между откровенно чёрным и белым. Мозг генерит идеи и вариации. Что из этого хуже, хер знает.
Что за ебучие игры? Если были проблемы, почему не сказала? Что я блять не догоняю тут?!
– Охуеть, просто. Я тебя там жду, а ты тут с ней обжимаешься!
Вздрагиваем одновременно.
Даша налетает фурией. Марина отворачивается слёзы быстро пряча, а я всё ещё там в мыслях, на своих персональных руинах, пытаюсь откопать здравый смысл. Поэтому не сразу останавливаю.
– Пиздец!!! Ну ты и кобелина, охуенно, блять – разражается матом.
Ни хера себе.
– Угомонись, – грубо обрываю.
Даша застывает, округляя глаза. А мне сейчас ни до её вывертов.
– Малыш, – вклинивается Марина, – иди погуляй ещё чуток, сейчас договорим и прибежишь.
Даша воспламеняется, почти кидается, вовремя перехватываю, жёстко фиксирую руки. Охает, на меня ошпаренный взгляд кидает. Мне же не до джентльменства сейчас. Совсем ни то время.
– Успокойся, сказал!
– Да пошёл ты! Отпусти меня!
Разжимаю пальцы, Даша отскакивает. Крутит у виска пальцем, запястья трёт. Обиженная, оскорблённая и злая.
– Пизданутый на всю голову! – кидает в лицо.
Наведя шороху, эффектно разворачивается и уходит продолжая материться. И я был бы в ахуе от её поведения, если бы это чувство не настигло меня на пару минут раньше.
