Лиза позвонила, не может двух слов связать, но очевидно ей нужна помощь. Нехотя сажусь на велосипед, приезжаю в Озерки. Застываю у ее подъезда, забыл какая квартира, случайно позвонил соседям. Поднимаюсь на лифте, выхожу на четвертом этаже, Лиза открывает дверь. Опухшее лицо, мешки под глазами, сами глаза красные и совершают спонтанные резкие саккады, зрачки расширенные. У нее ярко синие волосы, еще короче, чем были. Я принес немного покушать, проходим на кухню. В квартире плохо пахнет, будто что-то сгнило. Мусорное ведро переполнено, вокруг него на полу валяются пакеты и бутылки. В раковине гора грязной посуды, покрытой кусочками одеревеневшей пищи. На столе стоит несколько чашек, все заляпанные; посередине блюдце, в котором плавают пепел и окурки. Кот сидит на подоконнике и смотрит выжидающе, оказывается Лиза не кормила его несколько дней, потому что пропила все деньги, что оставила ей мама. Лиза рассказывает чепуху про то, как плохо себя вела какая-то девочка, а она дала ей по башке. Я практически не слушаю ее, иду в ванную. Там на полу кошачье говно. Переступаю и принимаюсь мыть руки, на батарее сушатся трусы. Наконец, Лиза рассказывает причину своего немного дерганого поведения и бессвязной болтовни. Ее угостили амфетаминами. Она до этого не употребляла их, а щедрые идиоты явно переборщили с дозировкой. Лиза курит, много говорит, спонтанно начинает плакать или смеяться. Я покормил ее, помыл пару стаканов и дал ей попить воды. Спрашиваю, когда примерно приняла наркотики, чтобы прикинуть, скоро ли ее отпустит. Кладу руку ей на грудь и слышу, как сильно колотится сердечко. Понимаю, что ее нужно уложить спать. Нахожу в холодильнике Корвалол, капаю в стакан с водой 50 капель, велю ей выпить - фенобарбитал должен оказать седативное действие. Затем веду ее в кровать. В ее комнате беспорядок, поэтому идем в комнату ее матери. Там прямо на полу разбросаны грязные тарелки и бутылки. Двуспальная кровать не застелена, на голом матраце громадное коричневое пятно, Девочка поясняет, что это мамаша кофе пролила когда-то. Лиза ложится в трусиках и маечке под одеяло, я хочу уйти, но она снова плачет и просит остаться с ней. Не могу бросить ее в таком состоянии, раздеваюсь до трусов и укладываюсь рядом. В комнате жуткая духота, но мы накрываемся одеялом. Обнимаю несмышленыша, она прижимается ко мне, кладет голову мне на плечо. Еще час она болтает без умолку, но, к счастью, затихает. Из ее рта вытекают слюни мне на грудь. Альтруизм - это вовсе не безвозмездная помощь, на самом деле он всегда вознаграждается. Когда мы помогаем кому-то, участки мозга ответственные за вознаграждение активируются, и мы получаем приятную дозу эндорфинов. Мне уже хорошо. Девочка тихонько сопит и изредка вздрагивает. Я трогаю ее ягодицы, просовываю руку ей между ног, у нее в трусах прокладка, спешно убираю оттуда клешни, пока не изгваздался. Лучше насладится ее прекрасными грудями. От нее пахнет потом, в воздухе витает кошачья шерсть. Пока лапаю ее, во мне пробуждается проклятое нежное чувство, мне хочется окружить ее заботой, спасти, уберечь, жалеть.
Выпрыгнул из самолета на лету. Падаю. Дергаю кольцо, раскрывается парашют. Проверяю купол - все хорошо. Любуюсь видом, кругом поля и леса, мелкие деревушки. На высоте пятьсот метров отключаю автомат запасного парашюта. Как-то очень быстро мне на встречу несется земная твердь, ветер сменил направление, поэтому я не успеваю потянуть за стропы и развернутся. Падаю боком, как мешок с говном. Вроде ничего не поломал, только головой ударился, но шлем смягчил удар. Спешно гашу купол, резко нижние стропы на себя. Сложил все оборудование в сумку и через высокую траву направился к взлетно-посадочной полосе. Служащие на квадроциклах подбирают неудачников. Один паренек забыл отключить запасной парашют и летел на двух, раскорячившись кверху жопой. Другой не погасил купол при посадке, поэтому его протащило по полю, и он ободрал рожу об траву. В этот же день слишком легковесную девочку унесло порывами ветра на ближайшую подстанцию, где она погибла от удара током.
Сделал рентген в травм-пункте, оказывается у меня срослись в один блок второй и третий шейные позвонки после прошлогодней аварии. У меня всего лишь растяжение связок. Мне дали больничный на неделю и велели носить шейный корсет.
Я поехал в деревню к бабушке. Пока поправляюсь, нахожусь в полной изоляции от всех забот. Просто гуляю по лесу, собираю цветы, нахожу бобровые хатки на реке, барсучьи следы на песке, гнезда ласточек в крутых берегах. Вечерами читаю "Путь к великой цели" Сильвии Назар. А ночью мне снится она - Лиза. В этих снах нет ничего особенного, какие-то туманные ласки и размытые приятные ощущения.
