— Да, извини, что не сказала. Мирон очень хороший… Ты приходи к нам.. — Запинается, но всё же продолжает. — В следующую субботу в 3-и в ЗАГС напротив Дома дружбы народов, ладно?
Катя кивает и с излишне показным интересом погружается в меню.
Девушка прощается, напоминая про свадебку, приглашает зачем-то меня и отчаливает к своему будущему муженьку.
Дожидаюсь официанта, делаю заказ и даже якобы спокойно принимаю Катино "ничего не буду".
Порция овощного рагу заходит на ура, даже почти не замечаю, как меня сверлят взглядом, но при этом молчат.
Приближаюсь к бифштексу, наблюдая, как не заканчивается апельсиновый сок напротив. Разрезаю мясо и с чувством собственного достоинства переставляю тарелку Катерине Васильевне.
Та слегка изумлена и даже чуть-чуть негодует.
— Ну, так что? Не знала про свадьбу?
— Угу. — Берёт протянутую вилку золотце.
— Жениха хоть знаешь?
— Ну.. — Протягивает и пробует первый кусок. Я уже начал добреть, от того даже начинаю улыбаться. — Не то чтобы..
— Понятно. Кто это? Подруга?
Кивает, мило жуясь. Эх, так бы и смотрел на нее.
— Лутсая.. — Проглатывает кусок и отводит взгляд, будто нашкодила. — Которая в сентябре должна заехать в квартиру..
И я прям начинаю воодушевляться, даже задавил в себе иронию по поводу их великой "Лучшей" дружбы.
— Да что ты говоришь.. — Сам осмысливаю представшую возможность. — Как интересно. Ну, что, Кать… значит, в выходные пойдем на свадьбу, а потом к моей маме..
Обрывает удивленно.
— Куда?
- Ты слышала.. — Улыбаюсь пошире.
— Зачем?
Да, действительно, зачем? Ещё и свадьба эта, будь она не ладна.
Рав.
Прогулялись по аллее и отправились собирать вещи. Как никак, завтра на работу. Да и Мара днём не хотела меня отпускать, совсем заскучала одна. Никогда бы не подумал, что меня будут встречать, почувствовав ещё в подъезде, с таким замяукиванием, что аж даже у меня сердце щимит, а отпускать так вообще — чуть ли на дверной косяк не прыгая.
Попрощались с родителями, закинул вещи в багажник, дождался пока моя домашняя девочка перестанет обнимать маму, словно на век прощаясь, и сядет наконец на свое законное — рядом со мной. Дверь хлопнула, машина тронулась.
— Ты довольна? — Буднично спрашиваю, высматривая, не поворачивает ли кто из подворотни.
Замечаю, как Катерина кивает и старается не улыбаться. Поднимаю правую руку, поворачивая ладонью вверх.
— Тогда требую вознаграждение. — Совершенно серьезно ожидаю ладошку.
Катя отворачивается к окну, но руку всё же даёт. Возвращаю на переключатель передач. Вот теперь и я в порядке.
— Кать.. — М? — Холодные.
Выдохнула, явно улыбнувшись. Оборачивается и спрашивает тут же:
— Равиль, вот почему ты такой.. — Какой? Ну-ка, похвали меня. — Начинаю фантазировать. — Я красавчик, да? — Самоуверенный. — Обрывает Кэти, но я то что? Я непоколебим, продолжаю. — Незабываемый.. — Как ядерная бомба.
Аж губы сжал да прищурился, погрозив ей её же кулачком. Катя не сдерживает улыбку. Ладно-ладно, продолжаем..
— Сильный? — Упрямый. — А настойчивость — не порок…
Вздыхает.
— Ладно-ладно, что ты сказать хотела? — Уже ничего. — Ну, Кать… — Играючи стону, проезжая табличку с названием её города. — Ни-че-го. — Смеётся Катя, показывая язык и зажигая огоньки в моей дурной голове.
- Ух, не делай так больше. — А то что? — Всерьез поверила в себя. — Узнать хочешь?
Та кивает, уже давно не сдерживая улыбку. Ей весело, а у меня почему-то дыхание перехватывает и шторки закрываются, стоит ей только меня подразнить. Ух, чекнуться можно.
Шумно выдыхаю через рот раза три, пролетая мимо встречки. Сокровище всё смеётся, а я прикусываю себе губы и заверяю сам себя, что первый раз на обочине — явно не то, о чем она мечтала. Ух, Катя, где там твои бабушкины сарафаны.
Глубоко вдыхаю воздух, стараясь переключить внимание на дорогу. Весь оставшийся путь едем молча. Сворачиваю в огромный гипермаркет прямо на въезде в столицу, и чуть ли не тащу её за собой.
— Равиль, куда ты так спешишь? — Я голоден, Кать.
— Но ты же ел..
Ой, лучше промолчу.
— Домой закупимся, будем киношку смотреть.
— У меня? — Верно мыслишь.
Остановилась, обернулся, так и держась за руки.
— Ты против?
Помотала головой и потянула вперёд.
— Тогда возьмём поп-корн.
Да потащила меня в совершенно ином направлении — к другому входу. Схватила первую попавшуюся тележку, и вручила её мне, взяв под руку.
— Да я гляжу, ты осмелела, принцесса. — Заключаю, рассматривая этикетки бесполезных товаров. — Просто начала доверять, кажется.
Улыбнулся, задержав взгляд на банке с кукурузой.
— Это хорошо. — Не знаю, Равиль, не знаю…
Закидываю к нам в тележку гору продуктов, так и не отпуская ее руку.
— Так что ты хотела сказать тогда? — Когда? — Ну, в машине. — А… — Задумалась, поправляя локоны и смотря куда-то в даль. Будто там есть что-то интересное… ну, я же не там, что смотреть-то? — Хотела сказать «почему ты такой нежный», но уже поняла, что ошиблась.
Переспрашиваю…
— Нежный? — Ну, мне показалось, что тебе… — Поднимает наши руки, скрещивая пальцы. — Важны прикосновения.
Улыбнулся.
— И почему передумала?
