Ребята дружно взглянули на Шеда. Тот, заметив такое внимание к себе, поднял вверх руки в сдающемся жесте.
— Не надо так смотреть, я ходил почти только туда и обратно. У меня было не так много времени, чтобы болтать с местными!
— Ладно-ладно, мы поняли, — прекратила его оправдания Кси. А затем, посмотрев на Пеларгона, сказала: — Давай так: информация за информацию. Ты рассказываешь, что происходит в городе, а мы — то, что тебя интересует.
— Идет, — согласился тот. — Но вы начинаете первыми. Не подумайте, что я вам не доверяю или собираюсь обмануть, — добавил он, заметив, как вскинулась при его словах Кси, — я лишь хочу получить объективное мнение. Которое может исказиться, если вы заранее услышите всю историю.
Ребята вынуждены были с ним согласиться. Повествование об их прогулке по Глаберу вела в основном Салли, но ее товарищи не оставались в стороне и время от времен вносили свои дополнения в рассказ. Пеларгон слушал внимательно, а когда они закончили, задал вопрос:
— А поведение напавшего не показалось вам… странным?
— Да, — согласилась Сальвадора. — Он выглядел как… как…
— Как сумасшедший, — подсказал Дармер. — Как будто он забыл о том, кто он, лишился всех чувств и эмоций. У него осталась лишь чудовищная жажда убийства… — закончил он тихо, вспоминая, что испытал в тот день на площади, взглянув в глаза безумцу.
Команда посмотрела на него с удивлением. А Пеларгон слушал его с чувством глубокого удовлетворения. Казалось, этот ответ полностью подтвердил какие-то его догадки. Парень стоял и с улыбкой о чем-то размышлял.
— Ну что, доволен? — обратился к нему Дармер. — Мы рассказали достаточно подробно? Теперь твоя очередь.
— Да, пожалуйста, — хмыкнул «друид». — Подобные происшествия уже не раз случались в Глабере…
— Драки, что ли? — перебил Дармер. — Нашел, чему удивляться. Да в таких селах, как это, они должны каждый день…
— Помолчи, Дармер! — оборвал его гневный возглас.
Юноша встретился глазами с пылающим взглядом Адель, впервые сказавшей что-то с момента появления.
— Если кому и следует тут помолчать, так это тебе! — взвилась на ноги Кси. Она не могла не ответить на выпад недруга. Тем более в месте, которое Кси по праву считала своим домом. — И не смей здесь распоряжаться!
— Кси, успокойся! — схватив подругу за плечо, Сальвадора попыталась усадить ее обратно на скамью.
— Тебя, Адель, это тоже касается, — пожурил свою сокомандницу Пеларгон.
— Я лишь не хочу, чтобы тебя кто-то перебивал! — воскликнула Адель.
Неприятное чувство кольнуло Дармера изнутри.
«Кто-то! Ну, хоть по имени назвала».
— Довольно, — оборвал ее «друид». Адель подчинилась и не стала дальше спорить. Она снова молча застыла у стены, скрестив руки на груди. Кси, как не странно, тоже утихомирилась. — Так на чем мы остановились? — продолжил Пеларгон, будто только что никакой перебранки не было. — Ах да, на драках. Они, разумеется, случаются время от времени, иногда с более печальными исходами, чем видели вы. Но я имел ввиду не совсем это, а случаи сумасшествия… которые в этом городе почему-то происходят с регулярным постоянством.
Повисла тишина.
— И как часто они происходят? — спросила Салли.
Пеларгон задумался прежде, чем ответить.
— Где-то раз в две недели. Иногда чаще.
Шедар присвистнул.
— И чем это объясняется? — поинтересовался Дармер.
Пеларгон неожиданно широко ухмыльнулся.
— Вот тут начинается самое интересное, — провозгласил он таким тоном, будто речь шла о чем-то хорошем. — Местные в один голос утверждают, что сумасшествие — это следствие страшной болезни, от которой маг впадает в беспамятство и становится влечим жуткой жаждой убийства. Смешно, не правда ли?
— А что тут смешного? — не поняла Салли.
— А то, что такой болезни не существует! — с видом раскрывшего главную интригу объяснил маг Земли.
Воцарилось молчание.
— Из этого следуют два вывода, — не дождавшись хоть какой-то реакции, продолжил Пеларгон. — Либо болезнь все же имеет место быть, но нашей науке она пока неизвестна, либо сумасшествие вызвано чем-то другим. В любом случае я это выясню! — в его глазах зажглось неистовое пламя. — Благодарю вас за ценную информацию, а сейчас мне пора! — и он развернулся к двери.
— Подожди! — внезапно вскочил на ноги Мартес. — Ты не сказал, что делают с пострадавшими. Их лечат?
— О-о-о! — восторгу Пеларгона, казалось, не было предела. — Их «лечение», — он изобразил пальцами кавычки, — отдельный разговор. Болезнь оказалась неизлечимой и заразной к тому же. По крайней мере, так считают местные. Поэтому, чтобы не допустить эпидемии, проблему решают самым кардинальным способом из возможных, — он выдержал паузу. — Всех больных сжигают.
На сей раз тишина была просто звенящей. Ребята с трудом переваривали обрушившиеся новости.
— А перед тем, как… ну… их… — слабым голосом промямлил Мартес.
Но Пеларгон его понял.
— Этот вопрос мне так и не удалось до конца прояснить, но судя по недомолвкам и опущенным взглядам тех, с кем я разговаривал — нет. Сжигают заживо, — будничным тоном ответил «друид».
На Мартеса было жалко смотреть. Он побледнел и рухнул обратно на скамью.
