- Я ещё не согласился… - помялся Дима. Просто это на самом деле было очень странно – идти в клуб с директором и Александром. Словно это строительство карьеры не тем путём, каким он всегда хотел её строить. Дима, конечно, обожал Александра во всех его проявлениях, но быть его протеже не хотел. – Нужно соблюдать дистанцию.
Александр молчал ровно одну секунду. За это время Дима уже тридцать три раза пожалел о своих словах, но отказываться не стал.
- Я давно тебя не видел, - тихо сказал Александр, и это всё решило.
- Я приду.
Клуб назывался «Бархат». Раньше был «Примус», дизайн которого разрабатывал сам Дима в лучших рокерских традициях. Строчки из известных песен на стенах, кожа и металл, чёрно-красная сцена и заводские трубы под потолком. Это был любимый Димин дизайн, жалко, что не прижился.
Всё изменилось, когда клуб выкупили столичные джентельмены и устроили в нём логово порока и разврата – тотальный гламур, вход по пропускам, отборные девочки и много-много необоснованных понтов. Дима в «Бархате» не был ни разу. Он вообще танцевал плохо и боялся напиваться в общественных местах. Но каждый раз напивался и всегда это выходило ему боком.
Всеволод Игнатьевич пришёл с двумя девушками, которые не очень-то были похожи на его родственниц. Типичные длинноногие блондинки из недавней рекламы зеркальных лифтов. Красивые, улыбчивые, в общем, неплохие девчонки, думающие, что всё можно получить чуть быстрее, чем положено. Главная проблема – переступить через себя, всего-то…
Дима жутко смущался и нёс какой-то бред про милицию, которая его сберегла на две тысячи рублей сегодня утром, нервно развлекал общественность, стараясь не смотреть всё время на Александра, который даже в гламурном клубе выглядел как завсегдатай, и одновременно оставался самим собой. Таким же чертовски притягательным и вместе с тем пугающим. Когда Дима наблюдал за его общением с директором, он поверить не мог, что сам подошёл к нему тогда в душе. Это невозможно. Просто невозможно. Перед ним заискивают, его боятся даже раскрепощённые девушки, уже три раза положившие ручки Диме на плечи и колени, они опасливо косились в его сторону и боялись задеть ненароком.
После первого коктейля - Дима так и не понял, чего туда намешали, но очевидно, что-то очень крепкое - стало так хорошо, что даже Всеволод Игнатьевич, которого Александр называл просто Севой, стал таким простым и своим парнем, что Дима совсем расслабился и стал получать удовольствие от вечера.
- За именинника, - поднял Александр бокал и сделал небольшой глоток, неотрывно глядя на Диму. Тот залпом осушил свой бокал и отвёл глаза на Свету, да, кажется, ту, что сидела справа, звали Светой, а вторую - Ирой, хотя… может, и наборот, они же так похожи. Но Свето-Иры Дима не увидел. Перед глазами стояло лицо Александра. Он явно думал о сексе, и это читалось на дне его тёмных блестящих глаз и в лукавой полуулыбке. Интересно, о чём конкретно он думает? О том, чтобы сделать это у всех на виду или куда-нибудь выйти? А может… вообще уехать отсюда, пока ещё Дима может соображать? Хотя зачем соображать? На Александра можно положиться и ещё выпить! Да, Сева, я так тебя понимаю! Наливай.
В ушах грохотала музыка, разговоры стали приватными, Свето-Ира ушла танцевать, покинув рассуждающих о скучном бизнесе мальчиков.
- Когда Саша мне позвонил и сказал, чтобы я остановил проект, я думал, что урою его, когда увижу, - Сева обнял Диму за плечи и наклонился ближе, чтобы не кричать громко. – Ну ты же знаешь, что урыть его невозможно? Он же у нас этот… как его… твою мать, Македонский! Александр, бля, Македонский! Только коня не хватает. А так одно лицо…
Сева засмеялся, глядя на сидящего напротив Александра и показывая ему большой палец, мол, ты ваще крут, чувак.
- Ты слушай меня, парень, я уже пять лет директор, и всё равно хочу назвать его по имени-отчеству иногда. Представляешь? Представляешь… какой это человек… - Сева уткнулся носом Диме в плечо и хрюкнул от смеха. А он хороший директор, подумал вдруг Дима, стараясь хоть немного отвлечься от всепоглощающего взгляда напротив. Он его обволакивал, раздевал, скользил по разгорячённой коже, облизывал и щекотал. Диме казалось, что он реально чувствует нежные прикосновения в области паха и прикусил губу, чтобы не застонать от удовольствия. От Александра исходила такая мощная энергия, что возбуждение перманентно бродило под кожей, и ничто не могло утолить жажду, никакая выпивка и разговоры. Нужно было как-то отвлечься, а то руки сами собой тянулись к запретному. Не здесь!
- Я старше тебя, не забывай, - хрипло проговорил Александр и улыбнулся вернувшемуся в реальность Севе. Этого голоса Дима не выдержал и резко поднялся с места. Танцы! Надо пойти потанцевать, иначе… иначе он просто свалится в обморок от перевозбуждения и невозможности что-либо с ним сделать.
- Я танцевать, кто со мной? – он ненавязчиво коснулся плеча Александра, по телу прошла электрическая волна, и тут же отдёрнул руку. Тепло осталось на ладони.
