В российской общине крестьянин владел землей на основании договора аренды с правом передачи ее по наследству и был собственником остальных средств производства. Разверстка земли производилась в соответствии с трудовой или потребительской нормой, в этом выражалось равенство всех членов общины.
Сегодня из оборота выпало 30 млн. га пашни — почти столько, сколько было поднято целины всем СССР в 1950-е годы. Валовой сбор зерна упал более чем наполовину, а внесение минеральных удобрений — на 88 %.
Если взять материальные затраты и оплату труда за 100 %, то сегодня доля оплаты в них за энергоносители составляет до 60 %. И надо бы учесть, что цены на сельхозпродукцию росли в 7 раз медленнее, чем цены на энергоносители. Удельный расход энергии на отопление в год (1 кв. м площади жилых зданий) в США — 55 кВтч/м2, Швеции, Финляндии — 135 кВтч/м2, Германии — 260 кВтч/м2, а в России — 418 кВтч/м2. Мы уже говорили об этом, но вот подумайте — при всем при этом, не есть ли «свобода» аграрного сектора от государственного внимания залогом его уничтожения?
Мало кто знает, что «Газпром» имеет в собственности землю, равную по площади Рязанской области. А вот отношение к крестьянам у этого монополиста особое. Он с удовольствием готов продавать газ в Израиль, но не желает газифицировать деревни. «Что вы все газ да газ! Вон в войну топили кизяком и ничего!» — так отреагировал Р. Вяхирев в интервью «НГ» на вопрос, почему он так невнимателен к нашим гражданам. И все очень просто. Продавая газ за границу, Р. Вяхирев лично получает доход, а, газифицируя деревню, он лично получает убытки. И это всегда надо иметь в виду.
А ведь самообеспечение основными сельхозпродуктами — это прежде всего вопрос безопасности страны.
Выход из кризиса требует экономических, политических и социальных мер, которые наверняка не понравится нашим «западным партнерам». Неспроста все чаще и все настойчивее звучат на Западе призывы объявить России бойкот. А знаете, на сколько мы обеспечены собственным продовольствием? Примерно на 40 %. Развал своего сельского хозяйства, упоение от лавины жратвы, привезенной «оттуда», привели к тому, что если «оттуда» везти перестанут, мы тут все элементарно умрем от голода.
На Западе понимают, что под обещание продовольственной помощи можно многое получить от голодной страны. Даже больше, чем с помощью пушек. Вот Ирак. Он находится в блокаде, но ему разрешают менять нефть на продукты. Ясно, что не по рыночным правилам, а ровно столько, сколько «соизволят» обменять. Изголодавшейся стране можно заломить любые неприемлемые в обычных условиях эквиваленты.
Кстати, в мире нет продовольственного изобилия. Вот какова ситуация по хлебу. В экспорте зерна доминируют США — более 50 % продовольственного и кормового зерна. Канада 12–15 %; Австралия 5–6 %. Оставшиеся примерно 25–27 % поставляют Аргентина, Франция, Англия и Италия, вместе взятые. Остальной мир импортирует. Причем спрос всегда намного больше, чем могут предложить страны-экспортеры, и проблема зернового дефицита с каждым годом усугубляется.
По данным А. И. Неклесса (МЭиМО № 3/99 г.) «… в настоящее время примерно 1,3 млрд. человек живет в условиях абсолютной нищеты». И это при том, что «… 86 % объема потребления приходится на 20 % населения, на остальные же 80 % — оставшиеся 14 %…». По данным ФАО и Римской встречи 173-х государств в настоящее время в мире примерно «64 страны не в состоянии обеспечить свое население продовольствием».
Пожив при капитализме, любой наш «дядя Вася» мог бы (при желании) понять, наконец, механизм витринного изобилия. Оно обеспечивается нищетой части населения и достаточно высокими ценами. Здесь уместно вспомнить истеричные призывы Гайдара не выплачивать заработную плату рабочим, иначе они «сметут прилавки». Подобный механизм присущ всем странам без исключения, различны лишь диспропорции в каждой из них.
Товарная, в первую очередь продовольственная, а затем и широкомасштабная экономическая экспансия — это способ уничтожения суверенитета страны. Зарубежные учебники по международным экономическим отношениям описывают это явление как теорию со скромным названием: «ущерб от импорта».
Вот основные факторы, характеризующие состояние этих отраслей. Большая часть добываемого в России сырья поставляется в дальнее зарубежье. Значительная часть валютной выручки при этом также остается за границей. Таким образом, отечественная обрабатывающая промышленность умирает без сырья, а сырьевая промышленность работает «на износ», так как не производится обновление основных средств.
Внутри страны сырьевики торгуют своей продукцией по мировым (долларовым) ценам, что опять же негативно сказывается на обрабатывающей промышленности.
