— Здесь ведь вроде нельзя лгать? — уточнил я.
— Вам скормили ложь, принц, а вы съели ее и ничего не заподозрили.
— Послушайте, — я тяжело вздохнул и встал.
Нужно было говорить. Но что? Этот шакал был очень зло настроен, но… может что-то все же у меня получится придумать? И не таких убеждали в конце-то концов. Если я справился с синей птицей и василиском, то почему бы мне не справиться с дезертиром и предателем? И слова сами полились из моего рта, обдавая несуществующее горло жаром.
— Я понимаю, что вы напуганы, — начал я осторожно. — Все же, вы столько времени прятались и страдали от нападок короны. Я понимаю вашу настороженность, ведь все это выглядит как ловушка. И вам, разумеется не хочется вести людей на убой, да и вам самому, как дезертиру, грозит смерть. Но подумайте вот о чем. Я ездил в Кош-Сурх. Я жил с ними неделю, учился у них, ел из одного котла с ними. Я ездил к ним недавно в клуб Стеклянных ученых и видел, как они хорошо устроились. До вас тоже наверняка доходили слухи. И я спрашиваю вас — как вы думаете, зачем короне тратить вдруг на уничтожение яхов столько денег, когда мы еще не оплатили кредит лавандовому королевству? К чему собирать ученых, синтетов, безбожников со всей кеты и устраивать их жизнь?
— Сговор, — гавкнул шакал уверенно. — Решили избавиться ото всех нас одним ударом. Зачем — мне почем знать? А деньги… деньги могли дать и другие страны.
— Кто? — саркастически улыбнулся я. — Кофе? Вот там, в зале, сидит кофейный кронпринц, и он вам подтвердит, в каком плачевном состоянии их страна. Им не до кучки ученых. Нет никакого сговора или заговора.
— Да-да, — с таким же сарказмом фыркнул этот Нолейв. — Пока что вы меня не убедили. Причины!
— Они просты и очевидны, — пожал я плечами, и снова опустился на свое место. — Смотрите сами — Вадгард должен денег. Ласла, моя сестра — в немилости. Чтобы укрепиться как королеве-женщине ей нужно сделать что-либо, чем она запомнится. Ей нужен любой прогресс, любой шаг вперед. В магии все или почти все изобретено, зато наука — неизведанная область. Для того нам и нужны ученые. И я верю в то, что если мы поможем вам сейчас, вы приумножаете в будущем состояние Вадгарда. Да что там… измените мир, и, я надеюсь, к лучшему.
— Вы так наивны, — горько усмехнулся шакал, и встал сам. — Что ж, последний вопрос. Скажите, вы верите, что ваша сестра не взорвет ваш наивно созданный клуб, когда в нем накопится побольше ученых? Вы верите в то, что все, что она говорит — правда?
— Да, разумеется, — пожал я плечами. — У меня нет причин в ней сомневаться.
— Тогда вы ничуть не изменились, хотя поначалу мне показалось обратное, — фыркнул Норлейв. — А теперь сидите и слушайте, ваше высочество. Я позвал вас сюда вовсе не затем, чтобы подписать договор, который приведет мою новую семью к смерти. Нет… я хочу открыть вам, и всем здесь собравшимся истинную суть той гадюки, что скрывается под маской дракона.
Я внутренне нахмурился — благо на черепе это никак не отражалось.
— Хорошо, я выслушаю вас, — кивнул я, пытаясь, чтобы мой голос не выдал негодования. — Постарайтесь меня убедить.
— Итак, с чего бы мне начать, — злобно усмехнулся шакал, заведя руки за спину и принявшись ходить вокруг двух наших стульев. — Начну, пожалуй с того, сон Розалинд, о чем вам неоткуда было узнать. С вашей семьи.
— Да-да, — скучающе вздохнул я. — Грязные, лишившиеся благословения Розалинды. Оба старших мужчины — насильники, избивавшие жриц трехцветной кошки и зажимающих в темных углах служанок. Мать — как я понял была с ними заодно. Сто раз уже я ото всех это слышал, но меня это не особенно заботит.
— О, как чудесно, — с сарказмом гавкнул Нолейв. — Какая несвежую песню вам напели ваши домашние. Да, это знают все. Старые порочные Розадинды — чревоугодники и страстолюбцы, святая Ласла, жертва этих поганых стариков и вы, маленький, пушистенький всеми любимый зайчик, трепетный и правильный до противного. Да, грейте себя этими сказками, сон. Верьте в них. Но я расскажу вам другую историю. Такой вы еще не слышали, я вас уверяю.
Я напрягся, но прерывать его не стал. Сомнений не оставалось — все это ловушка. Ловушка не чтобы убить меня… а чтобы подгадить репутацию Ласлы. И мне сейчас нужно было не внушать этому псу, чтобы он примкнул к моему клубу, а постараться высмеять его и возвысить сестру. Повернуть все как можно более в нашу пользу. Но сначала — выслушать, что этот урод скажет.
Кая тоже, видно, это поняла, и сжала свою птичью лапку на моем плече.
— Жила была семья из четырех человек, — усмехнулся Норлейв. — А потом вдруг, перед самым рождением пятого, святая сестрица Ласла вдруг заболела. Заболела и пропала неизвестно куда, по словам короля — лечилась вдалеке от столицы. Где уж шлялась эта замечательная личность на самом деле — неясно, но вернулась она только когда ее младшему брату было уже три года. Вернулась еще более больной чем раньше. А потом начались какие-то странные вещи, замечательный мой принц. Хорошие король, королева и кронпринц почему-то начали стареть. Вопрос — неужели простое совпадение?
