Мы с Каей встречались уже несколько месяцев. Правда, показывалась на людях она со мной до сих пор только как моя рыцарша. Все говорила — а вдруг я передумаю, а вдруг что-то пойдет не так? Поставила мне условие — если провстречаемся с ней год и не разбежимся, я могу ее хоть своей невестой всему миру представить, а пока она даже в театр со мной не пойдет без своей рыцарской амуниции, ибо она — на работе. Я с этим смирился, хотя чисто по-мужски мне хотелось набить морду каждому калеке, который посмел только бросить на нее сальный взгляд. Да и… честно сказать, я поймал себя на том, что хвастаюсь всем придворным, какая Кая классная. Я даже начал шутить, что нет рыцаря ответственнее, чем собственная возлюбленная. Кая же на это отвечала ироничными подколками по поводу того, что я просто хочу, чтобы она работала на меня бесплатно.
Но самым забавным было то, что, глядя на нас, Ласла тоже шутила, что если бы она могла, то последовала бы моему примеру и осчастливила бы Эллиота парой поцелуев.
— Опять сон с открытыми глазами? — спросила сипуха.
— Да, — вздохнул я, обняв ее и чмокнув в висок. — Не переживай, лучше спи.
— В последнее время они все чаще тебя посещают, — пробормотала она, уткнувшись мне носом в ключицу. — Все точно в порядке?
— Да что может со мной случится?
Пусть я так говорил, но Ганс действительно в последнее время часто являлся мне во снах. Это началось примерно после того, как я чуть не провалился в кошмар.
С тех пор, как Эллиот по глупости притащил меня на кету, прошло полгода. Веселые полгода, принесшие с собой много веселых, но опасных приключений. Что ж, они закончились, и последние месяцы я вел жизнь размеренную, рутинную, почти скучную.
Все успокоилось.
Открылся клуб Стеклянных Ученых. Яхи Вадгарда долго прятались, но, посмотрев на успех мероприятия, смирили свою гордость и по одному начали переселяться. Лука, однако, все еще вела охоту за их предводителем, этим шакалом-дезертиром, но поймать пока не могла. Кофейный кронпринц отвоевал у туземцев уже два архипелага, перекинул туда людей и засеял плодородные земли. Мы с Каей странствовали по водному плану, мы с Ласлой принимали просителей, я писал речи для аристократии Вадгарда. Вроде и происходило что-то… но одновременно с этим события будто замедлились и я утонул в рутинном киселе.
Неудивительно, что Ганс нервничал.
— Он снова к тебе приходил? — спросила Кая.
— Ему не нужно приходить, — покачал я головой. — Он и так всегда со мной. И он в чем-то прав. Мне стоило бы пошевелиться. Мне кажется, я что-то упускаю. Вроде я узнал о Ласле так много, но этого недостаточно. И… я даже не знаю… в какую сторону мне идти. Раньше все случалось само по себе, будто меня кто-то вел. Но теперь…
— Если бы я только могла тебе чем-то помочь, — вздохнула Кая. — У меня в последнее время такое чувство, будто я торможу и отвлекаю тебя.
— Может, используешь свою магию? — предложил я, поцеловав тыльную сторону ее руки. — Свою удачу. Пусть это крайняя мера, но лучше уж так, чем совсем застой.
— Это же благословение, — пожала плечами Кая. — Оно используется само, когда нужно. Я не имею над ним власти. Сам же знаешь — ты не можешь по заказу начать влиять голосом на людей, только когда ты в критической ситуации. Но… я попытаюсь.
Она села и хлопнула в ладоши, от чего лампа над нами плавно засветилась. Альти, дремавшая на кушетке за занавеской, удивленно открыла глаза и сонно села — видно она еще толком не проснулась.
— Что-то случилось, сон, сона? — спросила она.
— Альти, дай, пожалуйста, нам кости для оджи, — попросила Кая.
— Собралась поиграть посреди ночи? — удивился я, наблюдая за тем, как служанка суетливо поднимается и ищет нашу коробку с игральными фишками.
— Нет, хочу погадать, — улыбнулась мне Кая. — У меня нет бусин, помогающих в предсказаниях, но я думаю благословение синей птицы может с этим помочь. Однако как ты понимаешь, Ганс, предсказание будет туманным.
— Ничего, уж лучше так, чем ничего, — согласился я, принимая из рук Альти игральный набор.
Кая уверенно кивнула, приняла у меня из рук шкатулку с фишками, открыла, неуверенно повертела в руках и вдруг с силой вытряхнула холодные металлические квадратики на постель. Так как они лежали лицом вверх, большая часть фишек показала нам свою безликую рубашку, но некоторые — перевернулись. Именно их Кая и принялась отбирать, укладывая по очереди в шкатулку.
— Друг, — перечисляла она. — Совет. Обманщик. Смерть. Огонь. Эти пять упали слева от меня, так что я предполагаю, это — самые ближайшие события. Дальше — пять фишек тайны. Все пять упали мне на ноги, так что я подозреваю, что это — следующее, что нас ждет. И последние пять — мельница, смерть, путешествие, встреча и…
— И? — напряженно спросил я.
— Еще одна смерть, — показала мне последнюю фишку Кая, а потом покачала головой. — Столько смертей… Нет, все это ерунда, Ганс. Я не уверена, что получилось. Гадания — не моя сильная сторона.
— Ну, это все же лучше, чем ничего, — улыбнулся я ей, притянув к себе и чмокнув в висок. — А теперь давай спать. Утро вечера мудренее…
