— Извините, задумался, — натянуто улыбнулся ей я и осторожно принялся за свою порцию зайца, выложенную на тушеную капусту.
Когда с утра пораньше меня растолкала Альти и объявила, что ее величество пригласила меня на завтрак, я, честно, растерялся. С королевой Ласлой отношения у меня за эти два дня скакали из стороны в сторону, как вот этот несчастный заяц, пока был жив и жевал травку. И я никак не мог определиться по поводу нее — какая она, собственно, хорошая или плохая? Сначала хотела упечь меня в темницу, потом — чуть ли не сделала членом семьи, теперь вот хмуро, молчаливо ела, сняв маску и поглядывая на меня с еле сдерживаемым негодованием.
Я посмотрел наконец на нее, а не на злосчастного зайца. Она была… прекрасна, пожалуй. Настоящая королева в своем красном платье со шлейфом. Настоящая королева со своей короной из кос на голове. Настоящая королева со своим надменным выражением на лице.
— Жанна рассказала мне, как ты выдворил вчера болтливую прислугу, — холодновато сообщила она, поймав мой взгляд.
— Да? И что вы об этом думаете?
— В следующий раз советуйтесь, прежде чем принимать такие решения.
— Хорошо, обещаю, что буду советоваться.
И все. И опять напряженная тишина. И что я почерпнул из этого диалога? Что она хотела этим сказать? Зачем она завела разговор, если не хотела его продолжать? В небольшой столовой с круглым столиком на трех-четырех человек не было никого кроме нас. И это так угнетало.
— На совете маскарада, с вами было куда проще… — промямлил я невпопад. — Уж простите мне мою бестактность…
— Я пригласила тебя по делу, а не чтобы вести светские беседы, — отшила меня королева, тем не менее как-то незаметно перейдя на «ты».
— Беседа по делу тоже может быть приятной, — подобрав для нее улыбку потеплее, ответил на это я.
Королева нахмурилась, закусила пухлую губу и уставилась на меня свирепо.
— Я не обязана тебя развлекать… Ганс, — имя брата она выдавила из себя с трудом, и я взял это на заметку.
— Тогда почему вы не прислали ко мне кого-нибудь с запиской или сообщением, а пригласили на завтрак? — спросил я как можно более непосредственно, хотя сердце в груди буквально подпрыгивало. — Вы уже несколько раз так делали, чтобы не общаться со мной лично…
— Заткнись, — королева стукнула рукой по столу.
Я испуганно отпрянул, а потом, опустив голову, вздохнул.
— Хорошо, как скажете. Больше ни единого лишнего слова. Простите меня, я зашел слишком далеко…
Королева почему-то расстроилась. Глянула с какой-то потаенной надеждой на свою маску. Что ж, привыкла она, видимо, в ней все прятать, а теперь боится, что покажет мне лишнего.
Время шло. Молчание давило. Еды на тарелках становилось все меньше и меньше.
— Пожалуй, мне нужно принести свои извинения, — пробормотала она, когда я справился со своей порцией. — Мне не стоило на тебя кричать.
— Я и не обижался, ваше величество, — хмыкнул я, отложив вилку и посмотрев на нее.
— Ласла, — с некоторым сожаление попросила она. — Будет странно, если мой брат будет называть меня по титулу. Хотя мне это и не особенно нравится, все это очень важно для дела.
— Хорошо, Ласла, — кивнул я.
— И не сутулься.
Я послушно выпрямил спину. Ну что ж… может так оно даже и лучше? Но как мне ее расколдовывать, если нельзя с ней даже лишним словом перемолвиться? Хотя… сначала нужно, пожалуй, побольше о ней разузнать. А раз она сама рассказывать не хочет — буду трясти двор.
— Ты уже начал изучать этикет?
— Да.
— Что-то еще?
— Деньги, география, история. Пока что самое основное.
— Тебя все устраивает?
— Более чем, — не стал кривить душой я.
— Лука говорила, что она ввела тебя в курс дела. Ты все из разговора с ней запомнил? — осведомилась королева.
— Не дословно, но да, все или почти все.
— Отлично.
Ласла отставила в сторону пустую тарелку и откинулась на спинку своего высокого стула, попивая воду.
— Кажется я тебя запугала, — вздохнула она. — Как же это раздражает…
— Я тебя не понимаю, — хмыкнул я. — То я тебя раздражаю лишними разговорами, то — излишней сухостью. А ведь сама мне условие поставила, чтобы я снял с тебя проклятье…
— Это не я его тебе поставила, а двор, — поморщилась Ласла так, будто ей холодная вода затекла в больной зуб. — Не питай иллюзий — проклятье невозможно снять. Я это прекрасно понимаю. Двор тоже понимает… но цепляется за несбыточные мечты.
— Почему же это? — спросил я, заинтересовавшись.
— Подумай сам, — сказала она, посмотрев на меня уставшим взглядом. — Эрик хотел сделать меня добрее… наказал за злобность характера, за мое черствое сердце и жестокость. Но я королева. Я не могу быть доброй во всем. Недавно закончилась война, на которой я вела своих людей на смерть и сама лично убивала без сожаления тех, кто на нас напал. Но даже в мирное время королева не может быть доброй, как жрица света. Это разрушит страну.
Я озадаченно моргнул.
А ведь она права. Чертовски права.
