— Думайте что хотите, — равнодушно, пытаясь не злиться, сказал ему я. — У каждого своя правда.
— Знаете, какой тьмы я потащился с вами сюда, ваше пшеничное высочество? — нагло, насмешливо осведомился парень, совсем меня не услышав. — Чтобы открыть вам глаза на истину. Женщины — слабачки и дуры, которые годятся лишь только на то, чтобы за домом ухаживать и детей плодить. Вам, конечно, из-за вашей болезни они кажутся сильными и надежными, но на деле — они все змеи. Мои мать и сестра, эти наглые создания, которых в любой другой семье выгнали бы пинками, крутят моим мягкосердечным отцом как хотят, и в этом нет ничего хорошего.
— Да вы сексист, — фыркнул я, все же выйдя из себя. — Что ж, нам с вами не по пути, кронпринц. Не удивлюсь, если ваш отец посадит на трон вместо вас вашего брата.
— Не посадит, — гордо вздернул подбородок парень, сложив руки на груди. — Отец не станет нарушать традиций. И уж у меня-то страна точно будет процветать, а не тащить жалкое существование как прихлебатель кизильников и лакриц.
— Много пафосных слов, да мало дела, — покачал я головой. — Знаете, как говорят — птица, что громко кричит, низко летает.
Фразочку я слышал от Альти, и она пришлась здесь как нельзя кстати. Вообще были бы у меня руки, я бы старательно записывал местное народное творчество. Уж больно иногда меткие выражения попадались. Некоторые, правда, были аналогами наших, но и совсем незнакомые встречались.
— Но не вы ли у нас самый большой крикун? — парировал кронпринц, ничуть не обидевшись. — Такую речь толкнули, что даже меня с толку сбили. А подумать так — вы были правы в единственном. Женщины слабы от природы и непригодны для власти и сложной работы.
— Что ж, докажите мне это тогда, — предложил я, глянув на силуэты своих девчонок за солевой ширмой. — Отна, ты случайно не хочешь сразиться в рукопашном бою с кронпринцем кофе? Что думаешь по этому поводу?
— Если вам, сон, так угодно, я завсегда, — воодушевилась собачка. — Но сон кронпринц не обидится, если проиграет мне и не пойдет на пшеницу войной?
— Что скажете? — обернулся я к хмурому парню. — Не опуститесь до мелочных обид если что?
— Этому «если что» не бывать, — надменно выплюнул принц. — Я ни за что не проиграю какой-то хилой девчонке.
— Ну вот и посмотрим, — улыбнулся ему я. — Отна, зайди-ка к нам.
Упрашивать ее не пришлось. Рыцарша тут же обогнула ширму и, весело оскалившись, уперла руки в боки. Кая степенно вышла за ней и замерла на входе. Кронпринц почему-то ощутимо занервничал. Но, стоило ему вылезти из воды — благо купались мы в широченных таких шортах-трусах — как самоуверенность вернулась. Принц почти на голову превосходил Отну ростом. Я на секунду засомневался — а было ли это хорошей идеей? Но воспитанница Эллиота не испугалась — напротив, кажется, воодушевилась, даже с оттягом хрустнула пальцами.
— Победа над женщиной не добавит мне чести, — фыркнул кронпринц. — Победа над слабым не делает тебя сильнее.
— Зато победа над мужчиной добавит чести моему рыцарю, — подначил его я. — Давайте, не беспокойтесь. Никто об этом не узнает. Просто маленькое развлечение.
— Нападайте, раз так в своих силах уверены, — предложила Отна.
— Вот еще, — отмахнулся кронпринц. — Вперед, я и с места не сдвинусь. У вас сил не хватит меня…
Собачка дослушивать его не стала. Она весело улыбнулась, приняла боевую стойку и бросилась на парня. Кофе растерялся от такой прыти, и был тут же схвачен, перекинут через плече и отправлен в бассейн. Брызги взметнулись, хлынув на солевой пол и окатив не успевшую отпрыгнуть Отну, а заодно и меня накрыло с головкой. Отплевываясь и пытаясь в силу своих скромных возможностей вытрясти воду из ушей, я с улыбкой уставился на поднимающегося парня. Темные волосы облепили ему лицо до самого носа, он громко чихнул и проворчал:
— Я был не готов. Во второй раз все будет по-другому.
— О, разумеется, — насмешливо улыбнулся ему я. — Милости прошу. На это раз — на счет три. Кая, считай.
Противники замерли друг напротив друга, подняв кулаки.
— Раз, — начала сипуха.
Принц почесал нос, Отна весело дернула бровями.
— Два, — продолжил я вместе с Каей.
— Три, — сказал за нас принц и ринулся в бой первым.
Выпад кулаком — парень метил в челюсть — прошел по выставленным в защите рукам. Отна присела пониже, отпрыгнула назад, и еще один удар — на этот раз нацеленный в висок — прошел над ее головой. А потом девушка гикнула, и со всей силы, с разворота, как заправская тхэквандистка, залепила кронпринцу пяткой по голове. Парень пошатнулся от этого удара, потерял бдительность и снова был с силой брошен в воду. Я весело, победно засмеялся и тут же закашлялся — в рот во второй раз попала соленая вода.
— Ну ты даешь, — обернулся я к девушке. — Даже не ожидал, что ты настолько потрясающе дерешься!
— Ато, я ж не хухры-мухры, а из королевских псов, — раскраснелась от похвалы Отна.
