— Конечно нет. — усмехнулась подруга. — Да и смёл бы, в воде тебе ничего не грозит, тем более со мной.
Они оказались в центре бушующего над океаном вокруг маленького островка шторма. Над беседкой, где сидели все трое — вселенец с Земли, стихии воды и воздуха — ярко светило солнце и не чувствовалось ни дуновения ветерка. Наверное, так и должно быть, думал Андрей, хотя конечно же до нынешнего момента ему ни разу не доводилось оказаться в центре урагана. Понятно, это воздух показывал своё могущество, чем вызывал на лице Марины добрую, почти сестринскую улыбку. А вот адепта теперь уже семи стихий — он почувствовал инициацию десятым рангом — весьма впечатлило. Впрочем нечто подобное он видел и в пять предыдущих раз. Пять, а не шесть, потому что знакомство с Тенью случилось ещё у Вита ол Шеррига, хотя человеческую ипостась Тани тот за свою короткую жизнь так и не узнал. Да и никто из олов кроме Аркадия и теперь вот благородного Анда эту сторону могущественных сущностей не видел. Во всяком случае, так говорили его друзья-стихии, и не верить им у него оснований не было.
— Знаешь, как меня зовут? — спросил воздух, садясь на скамью возле прохода в беседку, напротив коллеги и адепта. — Тебя я знаю.
Немченко ожидал, что стихия примет облик кого-нибудь из его знакомых по прошлой или здешней жизни людей, но воздух предстал в виде мужчины-альбиноса средних лет, одетым как какой-нибудь средней руки далиорский приказчик — серый костюм, рубашка желтоватого цвета и в тон ей берет. Только вот голенища сапог были чуть побольше, чем у обычного обеспеченного горожанина, больше приличествуя военному сословию.
С именем для нового приятеля у Немченко возникла некоторая заминка, потому в беседке повисла короткая тишина.
— Аэр? — предложил Андрей, ничего другого ему в голову сейчас не пришло, кроме как укоротить аэро.
— Аэр. — согласился воздух и неожиданно улыбнулся. — Рад знакомству, хотя оно у нас немного и затянулось.
— Не по моей вине. — вернул попаданец улыбку. — И о причинах её даже спрашивать не стану, уже имею опыт. Ответа не дождусь.
— Вот видишь, Аэр, какой он. — почему-то с гордостью сказала Марина, будто к рождению и воспитанию адепта имела прямое отношение.
Дальше пошёл традиционный при знакомствах с магическими сущностями день вопросов и ответов, причём старая знакомая засыпала вопросами даже больше, чем новый. У землянина возникло чувство дежавю. Будто он уже так однажды сидел с Мариной и Аэром. Подумал, что им тут только ещё мангала не хватает, на котором бы источали аромат шашлыки, а в беседке водная подруга не догадалась поставить столик.
Он сказал об этом, чем неожиданно вызвал у обоих собеседников энтузиазм.
— В следующий раз так и сделаем. — пообещала Вода. — Или, хочешь, прямо сейчас?
— Нет-нет. — отказался её адепт. — Мне уже пора уходить. Скоро Джиса вернётся после своих экспериментов. Но, уходя, я вас без подарков не оставлю.
В кармане Немченко носил приготовленные для воздуха синема так долго, что сам себе высказывал шутливые опасения, как бы они не заржавели. Он их протянул новому приятелю. Тот принял с благодарностью и мелькнувшим сильным любопытством в глазах. Наслышан от коллег уже.
— А мне? — капризно поинтересовалась Марина.
— И тебе. — серьёзно ответил попаданец, протягивая той три иллюзиона. — Куда бы я девался-то?
Однажды у Немченко возник вопрос, что будет, когда его воспоминания о фильмах иссякнут, но вскоре успокоился. Во-первых, сам любил многие фильма пересматривать много раз, а кристаллы, на которые они пишутся, не вечны, во-вторых, память услужливо подсказывала ему весь почти неисчерпаемый запас увиденного им даже мельком, он даже и предположить бы не смог, как много, оказывается, он и его современники воспринимают информации, порой совсем не задумываясь об этом, в-третьих, ещё имеется огромный пласт научно-популярных фильмов и передач, к демонстрации которых Андрей совсем ещё не приступал, ну, и в-четвёртых, кроме кинематографа, есть же его личные воспоминания и размышления о жизни и прочитанных книгах. Там вообще неисчерпаемый ресурс для общих его с друзьями развлечений. Кроме того, Немченко вдруг понял, что сможет сам сочинять новые истории. Так что, больше на эту тему он не переживал. В конце концов, Аркадий как-то умудрился снискать дружбу могущественных стихий и безо всяких иллюзионов. Правда, Таня говорит, что с предшественником им и в десятой доле не было так интересно как с Андреем.
Разумеется, Немченко получил в ответ тоже немало подарков, среди которых оказались и полёт, и массовое удушье четвёртого уровня, когда на площади диаметром в полсотни шагов в атмосфере остаётся лишь азот, что приведёт к гибели всего живого на этом пространстве, и управление потоками — заклинание, очень нужное для плавания на парусных судах, и передача слов на расстояние, теперь благородный Анд сам мог изготавливать эфирные амулеты.
