Сонный Халима начал отталкивать лезущего к нему слизевика руками и бормотать что-то бессвязное. У Фёдора не было ни времени, ни желания с ним церемониться, поэтому он просто взял старика за кисти и стащил его с лежанки на пол. По пыльному холодному бетону тюремщик протащил ворочающегося учителя в центр комнаты, где стоял тазик с горячей водой. Слон плеснул разогретой жидкостью в лицо деду, чтобы он быстрее пришёл в себя.
По особому случаю, коллективный разум развёл ночью костёр и подготовил полный тазик для купания своего ценнейшего пленника. Немного растерянный пожилой мужчина перевернулся на четвереньки, затем сел на колени и огорошенно посмотрел на деревянную ёмкость. Возвращаться в люльку он не стал, а вместо этого начал раздеваться, намереваясь поскорей помыться, пока вода не остыла.
Собственно мыслительный центр так и планировал. Тормошить старца ради его пробуждения было делом неблагодарным. Гораздо проще было показать, что в комнате появилось нечто, в чём он сильно заинтересован.
Окончив все водные процедуры и обтерев тело сухой тряпкой, Халима натянул обратно свои вещи. В качестве завтрака, на столе его ждали три яблока и ложка мёда. Такой лёгкий перекус был обусловлен тем, что Фёдору не хотелось, чтобы у деда прихватило живот посреди важного дела.
Бокат надкусил один плод, облизал ложку и больше не стал ничего есть. Тогда подошёдший слизевик заковал ему запястья в силиконовые кандалы и указал клешнёй на выход. Побыв в раздумьях несколько секунд, старый гуманоид поднялся со стула и не спеша пошагал в коридор. Он хорошо помнил, что происходило вчера вечером, а ещё позавчера днём, и осознавал к чему всё идёт. Оттого на лице опытного мужчины застыла гримаса усталой серьёзности. Он был не очень доволен отведённой ему ролью, но другого выбора судьба не предоставила.
Перед подъёмом через вертикальную шахту Халиме залепили глаза, уши и рот, а ещё добавили кандалы на ноги. На выходе из тюрьмы его дряхлое тело передали слизевику второго ранга, который укутал пассажира в кокон. Дальше этот жук понёс старца к большаку.
Халима в тот момент был не единственным кого летуны несли к точке сбора. Два кузнечика из псевдогнезда и один бронерог из схрона тоже воспользовались жучьими авиалиниями, чтобы быстро добраться на дорогу ведущую в речную деревню.
Когда прибыл гуманоид-делегат все насекомые были уже на месте. В тележку собранную из досок и слизи стоял запряжённый панцероносец. Козью сбрую оказалось легко зацепить за него — достаточно было просто набросить ремни на рога. В кузове находились ящики вмещавшие в себе где-то треть всех тех драгоценностей, что слуги стащили из сокровищницы бандитов. Фёдор не скряжничал, понимая, как многое завсит от того сможет ли он подкупить селян обитающих по соседству с материнским гнездом. У боковых бортов расположилось два кузнечика, которые удерживали в вертикальном положении жучьи знамёна. Выглядели данные полотна не очень — грязные тряпки на черенках от лопат, с кривовато нарисованным жучком. Парнишка не забыл о своем плане отыскать швею, качественную ткань и цветные нитки, но потом… Пятьдесят ос расселось на деревьях и не шевелилось. Слизевиков показывать было нельзя, а рогачи и стрельцы выглядели слишком устрашающе для бокатов, так что на сегодняшнем мероприятии именно осам выпала роль обеспечивать безопасность.
Слон доставивший Халиму убрал с его тела и одежды всё спецвещество. После этого старик смог подняться и увидеть состав делегации, которая отправиться на переговоры. Всё было почти как на рисунках. Перед отправкой оставалось добавить пару маленьких штрихов.
Дабы зарядить гуманоида на нужный настрой, к точке сбора прибыл слизевик первого ранга. Подлетевшая оса вручила полутораметровому слону маску человека-мотылька. Тот нанёс полосу клейкой слизи по кромке и протянул личину мифического существа деду. Слуга мог бы насильно нацепить её на голову старого мужчины, но Фёдор хотел, чтобы учитель сделал это сам.
Дрожащими руками бокат аккуратно взял маску из клешни насекомого. Какое-то время он напряжённо взирал на пустые глазницы, через которые были видны его фаланги. Против его воли Халиму втягивали в опасную игру. Но, с другой стороны, не будь Федо-Роя он бы давно помер, сидя в клетке упавшей с большой высоты. Старец был обязан перерожденцу жизнью, да и сколько там той жизни у него осталось… Скоро всё равно умирать от естественных причин, так почему бы не рискнуть напоследок?
Морщинистым лицом дедок нырнул в маску, плотно прижал её края к коже и отпустил. Как только гуманоид принял свою участь, большой слизевик сзади подцепил ему на спину насекомьи крылья. Отныне Халима формально стал членом семьи и окончательно обратился в проводника мыслей между бокатами и жуками.
Перевоплощение из гуманоида в полужука завершилось, и слон первого ранга перешёл к следующему этапу моральной подготовки. Взяв Халиму за кисть, он потыкал клешнёй в золотой перстень на его пальце.
— Роварони Щитти Хагрон. — сказал повелитель слизи — Дэй Халима.
После этого слуга прижал руку мужчины ладонью к его груди.
