Параллельно с выездом тележки, из леса вылетели шесть ос несущие головастиков. Они высадили рабочихи по бокам от проезжей части, а другая группа летающих насекомых поднесла гусеницам инвентарь. С помощью ложек головастики принялись барабанить по пустым вёдрам. Три синхронных удара подряд, затем перерыв в две секунды и снова три синхронных удара подряд. Под этот ритмичный стук, повозка ведомая бронерогом медленно двигалась к тренировочной площадке. Именно здесь стояли чучела жуков проткнутые стрелами, и приблизившиеся сопроводители сумели подробно их рассмотреть.
«Не внушает оптимизма…» — мрачно подумал Фёдор, лицезрея эту картину.
Халима больше не садился, а постоянно держал равновесие в покачивающемся кузове, на выпрямленных ногах. Мыслительный центр заметил, как ускорилось его дыхание. Дедуля заметно нервничал, непрерывно поправляя на себе одежду. Оно и понятно. Он ведь теперь в одной лодке с Роем. А за свою долгую жизнь старец наверняка не раз видел, как таких насекомых уничтожали массово и безжалостно.
Собаки в окраинных дворах начали заходиться лаем одна за другой. Следом за питомцами прибытие делегации замечали хозяева. Кто-то выглядывал из окна и тут же прятался, кто-то долго пялился. Один мужчина выбежал на улицу и на какое-то время застыл, лицезрея происходящее. Когда он вновь зашевелился, то принялся рисовать руками какие-то символы в воздухе и накрывать лицо ладонями в молитвенном жесте. Фёдор приказал одной из ос на тележке взлететь и сократить с этим бокатом дистанцию. Узрев несущееся ему на встречу насекомое, хуторянин, прикрикнув, забежал назад в дом. Прислужница остановилась перед входом в жилище, вынула из пасти монету, бросила её под порог, затем развернулась и умчалась обратно к своим.
Звон серебряного диска выманил пугливого мужчину к дверному проёму. Прошло немного времени, и глаза Роя увидели, как этот гуманоид выбегает за забор и устремляется к улице ведущей в центр посёлка. Крутясь на ходу, он подпрыгивал, размахивал руками над головой и возбуждённо кричал:
— Вархата марчата лики! Вархата марчата лики!
Произнося эту фразу, всякий раз бокат, будто бы пытался обратиться к каждому отдельно стоящему дому своих односельчан.
«Ну наконец кто-то решил поработать извещателем.» — подумал Фёдор — «Я уж думал самому придётся всех простукивать.»
Повозка с дарами остановилась метрах в двадцати от въезда в деревню. Халима нервно крутил головой и гладил себя по торсу и ногам. Судя по движениям глаз старца, кажется, он не замечал собратьев, которые пялились на него из оконных проёмов. Парень связал это с возрастом учителя и подумал, что, наверное, ему пора носить очки. Только где же их взять в этом мире?..
Тем временем, крикун добрался до перекрёстка со столбом-идолом и там затормозил. Вместо того чтобы напрягать ноги, он решил напрячь голосовые связки и стал вопить во весь голос:
— Вархата марчата-а!!! Вархата марчата лики-и-и!!!
«Ну, понеслась!» — с энтузиазмом подумал Фёдор. Перерожденец ощущал одновременно безрассудность и гениальность своей авантюры. Она должна закончиться либо невероятным успехом, либо тупейшим провалом.
Кузнечики с флагами залезли передней половиной тел на борты кузова, чтобы их было лучше видно. Осы парящие над повозкой выстроились в более менее аккуратную формацию квадратиком. Наблюдатели в небе и на деревьях продолжали следить за обстановкой по всей округе.
Взволнованные вопли привлекали внимание большинства членов общины. Гуманоиды выходили из жилищ, прерывали текущие дела, оборачивались в сторону центра. Кто-то бросал инструмент или возвращал его на место, кто-то запирал хлев, из которого не успел вывести животных, а кому-то было просто всё равно и он продолжал нести вёдра от колодца домой. Эмоциональность воскликов и их содержание, кажется вообще не влияли на утреннюю вялость и неторопливость деревенских жителей. Как неохотно они собирались заняться работами по хозяйству, точно также томливо хуторяне реагировали на возвещение.
Быстрее всех, что логично, на зов соотечественника прибыли обитатели центрального квартала, если это можно было так назвать. Они сгрудлись вокруг крикуна и выслушали его сбивчвый рассказ, приправленный бурной жестикуляцией. Мужчина часто оборачивался на восток и указывал рукой туда же. А там простолюдины могли заметить стайку ос зависшую в воздухе. Чтобы увидеть больше, им требовалось выйти к окраине.
С некоторым запозданием из дома вылетел дебошир, за которым было установлено особое наблюдение. В отличии от своих сородичей, он действовал судорожно и быстро, словно перед этим всадил десять банок энергетиков и запил их бочкой кофе. Дверь он будто вышиб ногой, а затем оголтело выбежал в центр двора и начал смотреть во все стороны, в том числе и вверх.
Фёдор тотчас напрягся и не зря. Уже через несколько секунд, этот мужчина поднял к голове горн и принялся в него трубить.
«Что этот ублюдок делает⁈» — всполошился мыслительный центр.
