Вздохнув, перекатилась обратно на спину и встретилась взглядом с симпатичной девушкой в белом до колен халатике. Ее белокурые волосы были убраны в высокий хвост, открыв приветливое милое личико с веснушками. Даже золотые чешуйки ей были к лицу, а голубые добрые глаза, я уверена, никого не оставляли равнодушным.
У меня тоже голубые глаза, но из-за очков мужчины часто не замечают их необычный сапфировый цвет.
— Добрый…день? — еще раз взглянув в окно, удивленно спросила у целительницы.
— День, госпожа Белова, — кивнула она, мило улыбнувшись. — Как вы себя чувствуете?
— Не считая морального истощения, замечательно, — со вздохом ответила ей, театрально приложив тыльную сторону ладони ко лбу.
— Хотите, воспользуюсь магией эмпанта? Подправлю ваш эмоциональный фон, — присев на край кровати, предложила она.
Я быстро перестала притворяться и качнула головой, отказываясь от такой процедуры. Мне еще мир спасать, и хочу распоряжаться своими чувствами сама, а не ходить несколько дней и глупо улыбаться.
— Вот и замечательно, — произнесла эта…хитрая целительница и начала водить надо мной руками, шепча заклинания.
С минуту смотрела на нее и не могла понять, что меня в ней раздражает, вопреки тому, что едва с ней знакома. Но ее цвет волос и чешуйки на скулах вызывали во мне бурю эмоций, стоило ей только нагнуться чуть ниже, нарушая мое личное пространство. Точно! Она копия Октавиана — этого блондина с козлиной бородкой, только в обличии женщины.
Мои губы растянулись в кривой ухмылке, представив змея в белом халатике. А ничего так. Ножки то, что надо!
И вот как интересно получается: даже если он и изменил ко мне отношение, то я продолжаю его ненавидеть всей душой!
Внезапная догадка ворвалась в голову и осветила все темные углы моего затуманенного разума. Резко сев, при этом чуть не столкнувшись лбами с целительницей, схватила ее за руку и пораженно проговорила:
— Я продолжаю его ненавидеть! Не просто ненавидеть, а всей душой! Понимаете?
— Н-нет, — испуганно ответила девушка, стараясь высвободить из моего железного захвата свою ладонь.
— Покойник был прав, а я не прислушалась… — продолжала говорить я, не обращая внимания на тревожный взгляд целительницы. — А ведь он правильно говорил, что если не желаешь изменений всей душой, то они не будут хорошими. Я обманывала себя, когда твердила, что хочу простых с ним отношений, а сама внутри желала совсем другого. Да, он меня ненавидит, но его поведение со мной в разы отличается от других. Разве это не здорово?
— Может все-таки подправить вам эмоциональный фон? — робко спросила «собеседница», все еще пытаясь освободить свою руку.
— Это что же получается?… — задумчиво спросила, проигнорировав ее слова. — Буся тоже права? Говорящая рыба в очередной раз оказалась права?!
Видимо мои последние слова стали решающими для целительницы, и она буквально пропищала с испугом слово:
— Спи.
— Мы просим прощения, госпожа Белова, — с сожалением произнесла заместитель главного целителя, стоя напротив меня. — Надеюсь, вы смилуетесь и пожалеете новенькую?
Эта самая новенькая, которая отправила меня в мир снов, стояла рядом с поникшей головой.
— Конечно! — радостно ответила, улыбаясь во все человеческие зубы. — Никаких обид я на вас не держу. Сама виновата, что напугала девушку.
Целительница благодарно улыбнулась и дернула свою подопечную за рукав, требуя следовать за ней. Уже когда они почти скрылись за поворотом коридора, мне удалось заметить, с каким испугом молодая целительница смотрела в то направление, куда они идут. Не иначе как к начальнику…
— Ваши вещи, госпожа Белова, — произнесла регистраторша, положив на стойку мой артефакт связи.
— Оу, спасибо, — продолжая улыбаться, схватила теперь уже обычную железяку. Что мне теперь с этим делать-то? — А где у вас мусорная корзина?
Девушка с пурпурными перышками в алых волосах изумленно указала себе под ноги, а в следующую секунду испуганно пискнула, отстраняясь от стойки, чуть не падая со стула.
Я бесцеремонно запрыгнула на столешницу, распластавшись на ней, и заглянула под нее в поисках корзины, при этом придерживая очки, не желая их лишиться. К счастью регистраторши, искомое нашлось быстро, и я с победной улыбкой спустилась обратно на пол, выкинув бесполезный предмет, у которого больше не было шанса на вторую жизнь как артефакта.
— П-прошу, распишитесь, и можете быть с-свободны, — находясь все еще под впечатлением от моего поведения, произнесла девушка и протянула мне бланк выписки.
С важностью на лице поставила подпись и с восхищением пронаблюдала, как регистраторша нервно отрезает мою половину выписки, которую необходимо на работе сдать в отдел кадров, и отдает ее мне.
— Благодарю, — от всей души выразила свою признательность и спрятала листик в карман брюк.
Одежду мне тоже вернули, причем чистую и в отличном состоянии. А вот артефакт, который должен был сохранить сущности орудия убийства, забрал ночной патруль. Догадываюсь, кто приказал.
— Всего доброго, госпожа Белова, — пожелала она мне, стараясь выдавить из себя искреннюю улыбку.
