Проснувшись после того, как меня усыпила молодая целительница, я уже была вот в таком состоянии. Каюсь, в этом была и моя вина, но пережив трудную ночь, я просто начала на все реагировать ярче, чем обычно, отчего мысль о ненависти к змее, которая превратилась в привязанность, удивила меня очень сильно, вот и не сдержалась. А девушка это восприняла как нервный срыв и усыпила. И все бы ничего, если бы она на этом остановилась. Но обычного сна ей показалась мало, и она все-таки подправила мне эмоциональный фон.
Я действительно не держу зла на целительницу. Она хотела как лучше. Вот только забыла об этом спросить меня, и теперь мне предстоит несколько дней только радоваться.
— Белова?
От голоса, раздавшегося из пролетающего рядом кипа, я чуть не распласталась по брусчатке тротуара, споткнувшись, но в последний момент смогла удержать равновесие, придерживая очки на переносице.
Повернув голову в сторону дороги, увидела серебристый кип, продолжающий медленно лететь дальше, поскольку я тоже не остановилась. Затемненное окно пассажирского места было опущено, и на меня из салона смотрел не кто иной, как глава службы безопасности, сидя за рулем.
— Добрый день, многоуважаемый начальник! — поприветствовала его широкой улыбкой.
— Вам сейчас следует лежать дома, а не гулять под жарким солнцем, — сурово, но с заботой заявил он, отчего я подарила ему удивленный взгляд.
Он беспокоится обо мне?
— Увы, моя платежная карта и ключи от комнаты остались на работе. Вот туда я и держу путь.
— Садитесь! — последовал приказ и змей, дотянувшись до ручки дверцы, открыл ее.
— Может, не стоит? — взглянула на кожаное кресло кипа, испытав толику страха. — День такой прекрасный, можно и прогуляться. Быть может, лучше вы ко мне присоединитесь?
По суровому лицу Октавиана я поняла, что он явно против, но все же припарковал кип и вышел, однако не для того, чтобы составить мне компанию, а взять за руку, довести до транспорта и буквально запихнуть в прохладный салон кипа.
Быстро приняв удобную позу, застыла всем телом, когда мы тронулись с места. Несколько минут меня одолевал вылезавший из-под толстого слоя эйфории страх, но вождение Октавиана было настолько плавным, что вскоре я успокоилась.
Летели молча. У меня на языке уже давно созрели острые словечки и подколки по любым мелочам, но что-то не давало им себя озвучить. Не иначе, как эйфория влияла на меня, считая, что это не принесет мне пользу.
Странно, необычно и обидно. Октавиан выбрал и принял новый путь наших отношений, и это, по сути, правильно. Но в больнице я поняла, что меня это не устраивает, хотя я и мечтала об этом очень долго. Да, вот такие мы — девушки. Когда есть все — нам этого не нужно, а как что-то пропадает, так извольте вернуть нам это обратно. Я понимаю, что ненавидеть друг друга не вариант, но эта ненависть особенная. Благодаря ей, этот несносный блондин выделяет меня среди других девушек. Извращенный способ, и возможно я сама в какой-то степени извращенка, желая ненависти со стороны Октавиана, но лучше так, чем стать в его глазах вообще никем.
— Дайте мне выписку, — потребовал змей, когда мы остановились в парковочной зоне здания службы безопасности.
Без вопросов вытащила бумажку из кармана брюк и протянула ее начальнику.
— Ждите здесь, — последовал следующий приказ, и он вышел, при этом заблокировав все двери.
— Пф, — равнодушно выдавила из себя, смотря ему вслед. — Заботливый какой. Стоило мне попасть в аварию, как он снизошел до помощи своему врагу.
Съязвить у меня получилось только наедине с собой, отчего испытала какое-то неудовлетворение. Вот точно — извращенка!
Через десять минут Октавиан вернулся обратно, кидая мне в руки мою сумочку. Не сказав ни слова, он активировал кип, и мы вновь куда-то полетели. Комментировать ничего не стала опять же из-за эйфории. Самое обидное было то, что в таком состоянии мне быть еще как минимум два дня, а это слишком долго. Октавиан привыкнет, что я перестала язвить, и больше не обратит на меня внимания.
Со вздохом покосилась в его сторону.
И почему я не могу к нему испытывать что-нибудь другое, что-то помимо ненависти? А ведь действительно, я никогда не задумывалась над этим…
— Прибыли, — вдруг произнес он, как по щелчку пальцев возвращая мне уже привычное чувство ненависти.
Но из-за эйфории, внешне я не подала виду, что меня его голос раздражает, мало того, даже улыбнулась, чего в присутствии Октавиана еще ни разу не делала.
— Идите, отдыхайте, и завтра постарайтесь не опоздать на работу, — не глядя на меня и продолжая сжимать руль, дал он указания.
— Слушаюсь и повинуюсь, — радостно ответила ему и взялась за ручку двери.
Но прежде чем мне удалось ее открыть, змей схватил меня за руку и дернул обратно. Я даже пискнуть не успела, как его широкая ладонь накрыла полностью мой лоб, а его лицо оказалось настолько близко, что я смогла хорошо разглядеть золотистые крапинки в его карих змеиных глазах.
— Что ты?… — выдохнула, но он перебил, шикнув на меня.
— Помолчи, — а взглянув мне прямо в глаза, дополнил: — Прошу.
