— Белова? — изумленно спросил Октавиан и, моргнув, схватил меня за руку и выдернул из железной коробки. — Почему вы здесь?! Вам было велено лежать дома! — прорычал он, прижав меня к стене.
— Я… — выдохнула, оторопев от его напора.
— Вы, — строго произнес он, смотря мне прямо в глаза.
Невольно повела плечами под его взглядом. Сегодня он был слишком тяжелым…уставшим?
— С вами все в порядке? — проигнорировав его вопрос, робко произнесла свой.
Я знала, что Октавиан будет злиться, но не настолько, чтобы вдавливать меня в стену и требовать немедленного ответа.
С минуту он внимательно смотрел на меня не мигая. Стоял змей близко, поэтому мне было отлично видны синяки под его глазами. Неужели опять работал всю ночь?
— Господин Лаус? — тихо спросила, так и не дождавшись ответа, но вот он прикрыл глаза, тяжело вздохнул и неожиданно положил голову мне на плечо, уткнувшись в него лбом.
Золотые волосы, несобранные в этот раз в хвост, шелковым водопадом закрыли его лицо, рассыпавшись у меня на груди. Я еще больше оторопела от такого, не зная, как быть и что делать.
Дверцы лифта открылись, выпуская работников службы. Все они занимали не самые последние посты, поэтому неловко улыбнулась, когда они с вытянутыми от удивления лицами застыли на пороге, так и не ступив в коридор.
Октавиан не шевелился, и мне пришлось совсем обнаглеть и махнуть зевакам, чтобы они поспешили и не мешали начальнику переводить дух после тяжелой ночи. На удивление, они меня послушались и поспешно исчезли в своих кабинетах. Я же не знала, что делать дальше.
Было желание погладить его по голове, тем самым пожалеть или успокоить, но странное чувство брезгливости требовало ничего не предпринимать. Как-нибудь сам отлепится от меня.
— Кхе, — кашлянула в кулак, когда прошло не меньше пяти минут.
Плечо уже ныло, а змей так и не отстранился, спокойно, мерно дыша, будто уснул.
Ноль внимания.
— Кхе-кхе, — повторила уже настойчиво, однако и это не помогло. Вот точно уснул! — Лаус?
Я прикоснулась к его плечу, намереваясь потрясти, но в этот момент на всем этаже замигал свет, а стены заходили ходуном.
Октавиан в тот же миг выпрямился, окинул действительно сонным взглядом коридор, лампы и закончил на мне.
— Это не я.
— Знаю, — вдруг резко произнес он и втолкнул меня в лифт, который заклинило, и он то открывал дверцы, а то рваными движениями закрывал их обратно.
— Он сломался, — пискнула, чувствуя, как трясется пол под ногами. — Он не поедет! Лучше лестница.
Собралась уже выскочить, как путь преградила рука Октавиана. Сглотнув, посмотрела на него.
— Поедет, — уверенно заявил он и магией заставил лифт заработать.
Дверцы наконец-то плавно закрылись, и мы начали спускаться, игнорируя сигналы с других этажей.
— Что происходит? — спросила, все еще ощущая дрожь.
Здание было одним большим организмом, состоявшим из артефактов. Все они были качественными и надежными. Требовалось много сил для их деактивизации, поэтому мне было не по себе от происходящего. Даже если кто-то захочет переместиться сюда порталом — пострадают соседние здания, но не это. Так почему же все артефакты будто сошли с ума?!
— Мы ее нашли, — не сказал, а выдохнул Октавиан, продолжая магией направлять лифт вниз.
— Ее?… — недоуменно переспросила, не понимая пока ничего.
— Ту девушку, которую перенесли в наш мир ритуалом, — взглянув на меня, ответил змей. — Вы были правы, Белова. И именно ее сейчас допрашивают.
— Ее допрашивают? — как попугай повторяла за ним. — Но зачем? Вряд ли она что-то помнит.
— Любая информация сейчас важна. Мы должны понять, почему проводятся ритуалы, а самое главное — для чего?
Лифт плавно остановился, любезно распахнув перед нами дверцы. Октавиан молча вышел, не обращая внимания на суетившийся в вестибюле персонал, и спокойно прошел к другому лифту. Я следовала за ним хвостиком, но все же с интересом и страхом смотрела, как вежливо просят всех посетителей покинуть здание. Оно, к слову, все еще дрожало, да так, что с высокого потолка сыпалась побелка.
— Я только одного не пойму, — тихо произнесла, когда дверцы лифта отрезали нас от эвакуации. Было не по себе от того, что мы не следовали за всеми, а наоборот, спускались вниз.
Октавиан наклонил в мою сторону голову, молча сообщая, что внимательно меня слушает.
— При чем тут допрос и то, что происходит в здании?
— Есть общеизвестный факт, что чем чище кровь, тем больше способности в магии, — произнес он, и совсем не то, что я хотела услышать.
— Совершенно верно, — рассеянно кивнула на его слова.
— А почему? — неожиданно спросил змей.
Я пожала плечами, поскольку на этот вопрос существует множество гипотез. И все они, по сути, имели место быть.
— Кровь помогает магическому резерву вырабатывать магию, и чем она чище, тем легче магу колдовать.
— То есть, его магия сильнее, — подытожил Октавиан, и я кивнула еще раз. — Меня всегда поражали твои способности, Белова, — продолжал удивлять меня змей. Я даже невольно вздрогнула, когда он перешел на «ты». Или это лифт остановился?
