— И чем же? — с интересом поинтересовалась, выходя в коридор в серых тонах. Свет здесь мигал куда сильнее, норовя совсем отключиться.
— Ты поистине сильный артефактор, — уверенно произнес он.
— Была, — невесело поправила его, на что он покачал головой и продолжил:
— Каждое твое творение уникально, но имеет опасные качества. Я с интересом наблюдал за твоими экспериментами и порой мне было тяжело подписывать бумаги на их уничтожение, не дав им себя проявить.
— И это говорит начальник службы безопасности? — усмехнулась, идя рядом с ним. — Однако я все еще не понимаю, что тебя так интересовало в них?
— Может во мне живет темный властелин, который восхищается опасными артефактами? — пафосно произнес он, и я прыснула от смеха.
— О да, из тебя вышел бы замечательный темный властелин, — произнесла, хихикая.
— Ты так считаешь? — лукаво улыбнулся он и неожиданно подмигнул мне, отчего я сбилась с шагу и чуть не потеряла очки.
— Да, — уже сухо ответила, отвернувшись от него.
И чего это он?
— Пришли, — послышалось не менее сухое, и мы остановились напротив железной двери с маленьким стеклянным окошком.
Мысленно перевела дух. Мне одновременно и нравился такой Октавиан, и нет. Любой бы девушке понравилось такое внимание, вот только что-то продолжало меня грызть изнутри и требовать сойти с тропы очарования со стороны змея каждый раз, как он начинает себя странно вести. Не могла я смотреть на него иначе. Почему? Самой бы знать…
Октавиан взглянул в окошко и нахмурился. Рассмотреть, что там, я не могла в силу своего роста.
— В разговор не встревай, а просто наблюдай, — обратился он ко мне, продолжая смотреть в окошко.
— Слушаюсь и повинуюсь, — буркнула и удосужилась сурового змеиного взгляда. — Хорошо, — уже нормально ответила ему.
Змей кивнул, и мы все-таки зашли в комнату, где обычно допрашивают преступников. В таком небольшом помещении я была впервые, поскольку к расследованиям меня никогда не допускали. Только протоколы некромантов хоть как-то, но связывали меня с моей мечтой.
Переступив порог, с интересом окинула комнату все в тех же серых тонах, что и коридор, и только потом обратила внимание на присутствующих здесь людей.
Господина Тойгера я узнала сразу. Он тихо стоял в сторонке, подперев одну из серых стен, и спокойно смотрел и слушал занимательный разговор младшего следователя с миловидной девушкой, что сидела на стуле за железным столом. Ее руки были в наручниках, которые крепились к столу небольшой цепью. Они были антимагическими и блокировали любую магию. Так почему здание до сих пор трясется?
Подойдя к тигру и встав, как и он, возле стенки, с интересом стала разглядывать девушку. Она чем-то походила на ту, что я видела в храме после ритуала, вот только была чистой и одетой в спортивный костюм, в котором обычно тренируются наши девушки в службе безопасности, чтобы поддерживать форму. Долго думать не пришлось, почему она в нем. Видимо, ее нашли в той тряпке и измазанную в крови, и посчитали сначала отмыть и переодеть, прежде чем допрашивать.
Невольно улыбнулась. Все же у нас работают не изверги, а приличные люди.
— Повторяю еще раз, с какой целью вы прибыли в наш мир? — почти что рыча, спросил младший следовать, сжимая и разжимая кулаки на столе.
Недоуменно посмотрела на него, а затем на нее. Чем она его так разозлила-то?
Девушка тяжело вздохнула и опустила голову на сцепленные наручниками руки. Пышные каштановые волосы волнами рассыпались по ее плечам и столу. Стало почему-то жалко ее. Посмотрела на Тойгера, но он не подавал признаков жалости, сурово поглядывая на нее. А мне, помнится, улыбался.
Хотела спросить, по какой причине все такие хмурые, как вдруг услышала нечто невероятное:
— Я вас не понимаю… — чуть ли не плача, простонала она по-русски.
От знакомых звуков родного языка у меня зашевелились волосы на макушке.
Как же давно я его не слышала…
Я настоящим образом забыла как дышать. Стояла и во все глаза смотрела на нее, желая услышать что-нибудь ещё.
— Да она издевается над нами! — грубо воскликнул младший следователь и раздраженно запустил пятерню в волосы пепельного цвета. Его волчьи уши прижались к макушке.
— Господин Тойгер, — вдруг подал голос Октавиан, обращаясь к тигру.
— Я лучше здесь постою, — усмехнувшись, ответил главный следователь. — Моя персона ее только пугает.
— А вы пробовали?
— Верещала на всю допросную. Только недавно успокоилась.
— Ясно, — кивнул змей в знак понимания и сам сел на стул, прогнав младшего следователя.
С минуту он разглядывал ее макушку, поскольку она так и не подняла голову. Умаялась, бедняжка. Мне опять стало ужасно жалко её и захотелось увести эту хрупкую девушку подальше от этих злых дяденек, которые, когда им надо, считают, что мужчины и женщины равны.
Чувство жалости заполнило меня до краев, когда она в очередной раз тяжело вздохнула. Сейчас я видела в ее лице маленького котенка, которому требовалась материнская забота.
