Я обернулась и посмотрела на Лену, которая внимательно разглядывала местное убранство, стараясь избегать самого хозяина морга. На вопросе бруйта она встретилась с ним взглядом и тотчас покосилась на меня.
— Это милое создание не ответит на твои вопросы, поскольку не знает великого эйделийнского языка, — вместо соседки ответила я ему, поправив очки. — Она из того же мира что и я!
Бони еще какие-то время глупо улыбался, но улыбка будто застыла на его губах, когда брови медленно начали подниматься от удивления.
— Кстати. — Я решила идти до конца. — Мы пришли к тебе за помощью. — Дождавшись, пока он переведет взгляд на меня, серьезно произнесла: — Необходимо вызвать духа Великого артефактора!
Труп на столе что-то пробурчал и затих. Я продолжала смотреть на Бони, ожидая его реакции. Да, просьба не лезет ни в какие рамки нашей дружбы, но внутри меня теплилась надежда, что он не откажет.
— Кхм, — Бони поджал губы и выпрямился. — Всегда знал, что этот день настанет, но не ожидал, что так скоро. — Я вопросительно изогнула бровь, на что друг добавил: — Речь идет о вызове духа. Рано или поздно, но ты бы захотела с ним поговорить, несмотря на твою нелюбовь к мертвым.
— Так ты согласен? — уточнила, чисто для уверенности.
— Свечи и мел уже давно ждут своего часа, — усмехнулся любитель всего мертвого и страшного.
— Я тебе говорила, что обожаю тебя? — широко улыбнулась и быстро перевела для Лены все, о чем мы говорили с Бони. Та с опаской посмотрела в сторону стола, на котором лежал труп, прикрытый полоской ткани в стратегическом месте.
— Да, но делай это почаще, и тогда я буду полностью к твоим услугам, — двусмысленно ответил друг и, уклонившись от моего коронного тычка локтем в бок, отодвинул стол на колесиках в сторону, расчищая место для ритуала.
Все время, пока шла подготовка, он то и дело что-то спрашивал о Лене. Из-за аварии Бони многое пропустил, поэтому я все честно рассказала, почти ничего не утаивая. Болтать бруйт любил только со мной и трупами, и я не видела смысла не рассказывать ему о луде или браслетах. Все сказанное в этом зале — останется в этом зале.
По ходу рассказа Бони начертил мелом идеальный круг на каменном полу, рассыпал чей-то прах по краям белой линии и там же расставил толстые, но низкие восковые свечи. К слову, были они черными.
— Дверь закрыть и никому не открывать, даже если будут требовать. — Уже перед самым началом ритуала Бони давал указания. — У вас будет всего десять мину, поэтому спрашивайте и говорите по существу. За меня не беспокойтесь, — произнес он последнее и зашел в круг.
— Э-э-э, Бони? — начала я уже бояться, стоя почти в темноте. Свечи рассеивали тьму только внизу, образуя небольшой круг света. — А ты разве не будешь стоять рядом?
— Духу нужен проводник в мир живых, — сказал он так, будто говорил о погоде. — Повторяю, у вас будет всего десять минут.
Похлопав глазами, все же кивнула. Я сама его попросила об этом, а он, как любитель экстрима, сразу же согласился. Ему было все равно, что ритуалы запрещены, и что за это могут даже казнить. Либо он сумасшедший, либо знает, что все пройдет как по маслу. Может и не стоит так бояться?
Бруйт сел в позу лотоса прямо на холодный пол в центе круга. Перед тем как зайти в него, он надел откуда-то взявшийся балахон серого цвета. Спрятав голову с кошачьими ушами под капюшон, Бони сложил ладони вместе, как будто собрался молиться. Его лица больше не было видно под капюшоном. Вообще в небольшом зале стало подозрительно тихо. До этого спокойно горящие свечи начали потрескивать на фитилях, то усиливая пламя, а то чуть ли не гаснув совсем. Когда они резко потухли одновременно и также внезапно зажглись заново, но уже зеленым огнем, я обнаружила, что почти сижу на плечах у Лены. Совсем не помню, как это произошло. Вроде стояла рядом, а тут уже трясусь от страха на спине соседки. В отличие от меня, она не боялась, а с любопытством следила за происходящим. А еще идти не хотела!
Смутившись, сползла с нее и встала обратно на свое место, неловко переступая с пятки на пятку. Я просто боюсь неожиданностей, вот и все.
Тем временем в зале ощутимо похолодало, а зеленый огонь на фитилях затанцевал в одном слаженном танце. Жуткое зрелище. Жуткое, но завораживающее. Бони ничего не говорил, не пел и даже не шевелился. Просто неподвижно сидел на полу в сером балахоне, не подавая никаких признаков жизни. Если бы я не знала, что это мой друг, ни за что бы не догадалась.
Еще несколько минут спустя от каждого огонька потянулся дымок, поднимаясь вверх под странным углом — прямо над головой Бони. Там он начал клубиться словно живой, образуя безобразную фигуру. У нее не было ног, и голова была лысой, с темными провалами вместо глаз. Руки так и остались обрывками старой ткани, развеваясь от несуществующего ветра. Лишь что-то отдаленное напоминало в этом полупрозрачном силуэте человека.
— Нет мне покоя даже после смерти, — неожиданно прозвучал по всему залу замогильный голос. Я еле заставила себя стоять на месте, чтобы вновь не забраться на Лену. — Так еще и призвали в этот мир.
