До боли в сердце мне стало жалко Оську. Бедный мальчик очень расстроится, мы подружились. А больше обо мне грустить некому. Хотела большой любви? Принц, блин, с ямочкой на подбородке не мог в театр пригласить? Вот кто точно обо мне печалиться не будет, слопает шоколадку и забудет. Стихи, блин. На полигон затащил выпендрежник коронованный, вот и лети теперь, Полька, лети. В глубине души понимала, что Грэг ни в чем не виноват, но женщина я или нет? Я маленькая, слабенькая, хрупкая женщина, значит, виноват мужчина.
Резко прекратилось мельтешение, тело снова обрело способность двигаться, и я почувствовала под подошвами кроссовок упругую поверхность. Что за дела? Не удержавшись на ногах, я плюхнулась на пятую точку и уперлась руками в землю. Или что тут подо мной пружинит?
После яркого солнечного утра я попала в сплошные сумерки и только немного проморгавшись и, дав глазам привыкнуть к слабому освещению, огляделась по сторонам. Вокруг был лес. Только не зеленый и веселый как в Цамалаке, а непролазный, мрачный и темный. Вековые деревья росли густо, царапая корявыми ветками соседей и устремляясь кронами в небеса, а сидела я на толстом упругом вековом слое прелых листьев и хвои. С мягкой посадкой тебя, Полечка.
Судя по неухоженности и отсутствии тропинок здесь не ступала нога человека, видимо меня занесло в самую чащобу, куда даже грибники не добираются. Деревья вполне привычные только очень старые. Вон елка стоит зажатая с двух сторон какими-то лиственными великанами. И дышится как-то по другому. Кажется, здесь нет магии. Неужели я вернулась на Землю?
Настороженно прислушалась, пытаясь уловить звуки цивилизации. Может быть, трасса проходит где-то рядом или железная дорога, но ни шума колес, ни гудков электрички слышно не было. Нет, только скрип веток и шорох листьев. Птицы и те молчат. Задрала голову вверх в надежде обнаружить самолет, но сквозь густую крону даже неба не разглядишь.
Еще раз огляделась по сторонам. Неужели вернулась домой? А я ведь и ключи от квартиры уже отдала и кошелек в общежитии оставила. Заявлюсь сейчас к маме, как бы ей плохо не стало. Она ведь уже смирилась с потерей, наверное. Ой, а внешность? Неужели мне снова тридцать два? Как-то привыкла уже ко второй молодости. Трясущимися руками полезла в сумку за косметичкой, нащупала пудреницу, и, открыв маленькую коробочку, во все глаза уставилась на свое отражение. Нет, как была семнадцатилетней, так и осталась. Да и джинсы, аккуратно ушитые по бокам, не лопнули. Хотя, Земля ведь не магический мир она не может переделывать под себя, что прилетело то и прилетело. Мда… боюсь, меня теперь и мама родная не узнает. Ну, зато хоть оделась правильно, никто пальцем показывать не будет. И придется изображать амнезию, на Земле сказка про другой мир не прокатит. Быстрей поверят, что инопланетяне похитили, чем в межмировой портал. Да и с бабушкой проблема, начнут выяснять, куда я дела Бажену Спиридоновну. Да что вы, товарищи, она не бабушка уже ей от силы тридцать пять. Кроватка в психушке обеспечена, рядом с Наполеоном.
Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас главное выбраться из леса, дальше по ходу разберусь. А ведь в этой глуши водятся дикие звери. Всякие опасные мишки косолапые, волки, кабаны. Это не твари какие-то их водичкой из бутылки не напугаешь.
Я встала, отряхнулась от листьев с хвоей и полезла через корявое поваленное дерево. Куда идти понятия не имею. Знания о том, что на деревьях растет мох с какой-то там стороны от севера или юга, мне ничего не дадут. Забавно, все знают про мох, но кого-нибудь когда-нибудь это спасло? Тем более мне без разницы сейчас, где какие части света находятся, понадеюсь как всегда на русское «авось».
Я старалась не думать о грустном и не впадать в меланхолию. Что теперь поделаешь? Ни слезы, ни стенания не помогут изменить ситуацию. Главное двигаться вперед, движение – жизнь, а сяду слезы лить так и сгину в этом лесу.
Идти было тяжело, постоянно попадались под ноги сучки, шишки, ветки, да и многовековой слой прелых листьев неприятно пружинил под ногами. Я медленно шла, прислушиваясь к шорохам, звукам и приглядываясь к деревьям. Темнело быстро, ночевать придется в лесу и желательно повыше от земли. Залезу на дерево, хоть волки не съедят, а медведю еще попотеть придется, чтобы до меня добраться. Добровольно не сдамся!
