— Плевать! Спор — это не последний фрагмент пазла твоего образа. Я уже говорила, что нормально отношусь к достойному пари, однако участники конкретно этого — ничего достойного собой не представляют! — Мужчина скрипнул зубами, а я впервые почувствовала хоть какое-то удовлетворение. — И кстати, ты мне должен платье!
Швырнув остатки «роскоши» прямо в лицо Темному, мрачному, как никогда прежде, направилась в сторону шкафа, чтобы облачиться в новое рубище, чем были для меня все эти длинные платья. Как только справилась с этой задачей, в медленном темпе начала спокойно собирать вещи.
Несмотря на то, что Верховный Хранитель был безумно зол, он ничего не стал говорить или пояснять, считая, видимо, что поступки его «братии» не нуждаются в оправданиях и объяснениях.
«Конечно, Боги — это вам не хухры-мухры! Мир их, создания, соответственно, тоже, только себя в эту цепочку извращенной веры прошу не впутывать!» — Я была зла не меньше, поэтому, на задворках сознания, благодарила Архана за молчаливое присутствие, уверенная, что если бы женишок решил что-либо сказать, мне не удалось бы избежать извержения вулкана, который сейчас с таким успехом пыхтел в недрах моего терпения. Очень метафорично, однако именно так я ощущала переполнявшие меня гнев и обиду, которые возникли из-за новости о пари, в подробности которого отчаянно не желала вникать, не веря на слово Верховному Хранителю.
Присутствие обиды стало для меня чем-то вроде неожиданности, потому что влюбленность и ревность — это последнее, что я бы хотела испытывать к Архану.
— Я сейчас схожу проверить, все ли получилось со снятием заклятия, как утверждала Хильд, и если получу подтверждение, то отправимся обратно в Тариш, как и обещал, — кинув быстрый взгляд на говорящего, который был удручен от вмешательства сестры сверх меры, даже не сразу поняла суть сказанного.
— Что? Что значит: «снятие проклятия»?! Когда это мы начали его снимать?! Ты говорил, что необходимо провести две ночи, чтобы напитать или наполнить, — делано поморщилась от отвращения, стараясь не выдать своего волнения, — меня своей тьмой!
— Я решил, раз ты хочешь побыстрее от меня избавиться, что необходимо максимально точно смоделировать ситуацию с мнимой потерей девственности, — заметив мой шокированный вид, Архан добавил, — не бойся, я контролировал ситуацию… без обмана. Как только отметил, как ты реагируешь на обычный поцелуй, — «блин! Когда это хоть один из них был обычным!?!» — забирая мою магию мгновенно, то решился освободить тебя от моего общества, раз тебе это необходимо… Я рад, что все вышло. Скоро вернусь.
Мрачность Темного перешла ко мне, стоило услышать из его уст, наконец, нормальное пояснение происходящему вокруг меня произволу, только пугало одно
— я не могла понять, что конкретно меня расстроило: факт, что моими чувствами и желанием попользовались или их уже бесспорным существованием?! Было больно от мысли, что я искренне хотела Архана, а он лишь «контролировал ситуацию», стараясь как можно быстрее освободить меня от моего же обещания в помощи совершенно незнакомым людям. Я не понимала сама себя.
Грустно выдохнув, направилась за женихом, не желая находиться одной в чужом доме, да и в последний раз взглянуть на радужный водопад хотелось безумно, помня, что через десять дней я уже буду на родной Земелюшке… и надеясь, что возвращение в свой мир не принесет еще более сильной боли.
«Мне просто необходимо оградить себя от дальнейшего общения с Темным, иначе слез, которые я так ненавижу, избежать будет невозможно…» — выйдя из дома, не переставала удивляться благодарности совершенно незнакомых мне людей, которые чуть ли не плакали от счастья, обнимая своих близких, поднимая мое настроение на несколько позиций.
Архан стоял рядом со старостой Нареком, практически рядом с озером, куда впадали цветные воды, давая тому какие-то указания или пояснения, поэтому прошла мимо, чтобы не мешать, остановившись лишь возле берега радужного озера, испытывая безумное желание искупаться в радуге.
Обида потихоньку сходила на нет, оставляя только ноющую пустоту и непонимание, сбивающее с мысли, рождающее кучу ненужных вопросов, один из которых звучал громким набатом в голове, вызывая мороз по коже.
«Неужели в меня так сложно влюбиться? Почему Архан не желает видеть меня своей возлюбленной, стараясь наши отношения свести к отвратительному влечению, раздражающему до оскомины на зубах!?»
— Нам пора, — тихо произнес Темный, незаметно приблизившись со спины, заставляя вздрогнуть от своего насыщенного тембра.
Развернувшись, печально кивнула, не желая смотреть в глаза Хранителю, замерев на месте.
Видимо, Архан что-то увидел на моем лице, потому что продолжил:
— Если хочешь, то можешь остаться здесь, думаю, Нарек будет рад спасительнице,
— криво усмехнулся мужчина с потухшими глазами. Только вскинула голову, чтобы внимательно посмотреть в его глаза, как он отвел взгляд в сторону, словно боялся что-то показать.
— А ты уйдешь? — Голос предательски дрогнул, и я нарочно прикусила язык, кляня себя за вырвавшийся вопрос.
