Я рыкнул – просто уже невольно вырвалось. Ярость, что клокотала в груди от мысли, что этот лысый инопланетник, уродливый по меркам людей, лапает Наллету и даже… укладывает ее в собственную постель, заставила сжать кулаки. Я чувствовал, как напряжение нагнетается в каждой клетке, и мышцы звенят от желания действовать – драться, бороться…
Я хотел навалять Лехову, хотя совершенно не был уверен, что между ним и Налленой, действительно, есть отношения. Это было подобно инстинкту. Набить ему морду, дубасить, пока не скажет, что не претендует на эту женщину абсолютно.
Это было нерационально и так на меня непохоже…
– Мне поискать еще? Или достаточно? – тем временем, снова потеряла терпение Кардивия.
– Хватит. А что там с радарами?
– Пока никаких данных нет.
– Продолжай сканирование, меняй рандомно и системно настройки и информируй.
– Да, капитан!
Я собирался выпить еще тоника, даже достал его из холодильника, где в силовом поле хранились готовые блюда – не холодные, а нужной температуры – и вдруг вновь попросил:
– Верни мне изображение Наллены. В человеческий рост и трехмерное.
– Вы уверены?
– Да!
– Сделано, капитан.
– Свободна. Кардивия, отключайся.
Я сцапал бутылку тоника и опять приблизился к попаданке. Она казалась одновременно сильной и беззащитной, такой, ради которой хотелось совершать все эти странные глупости и нелепости. Вроде признаний с придыханием, подарков, цветов, комплиментов. Вроде танцев где-то на празднике, вместо общения с коллегами и приятелями на темы, которые тебя занимают.
Вроде прогулки неведомо где, когда под ногами будто и не земля – а нечто пухово-мягкое, не осязаемое, невесомое. И словно гравитация отключилась. А ты, почти не касаясь почвы, шагаешь без смысла, просто лишь ради того, чтобы двигаться рядом с ней …
– Капитан! – внезапно обрушился на меня голос Кардивии.
– Что? – встрепенулся я. – Нашли станцию?
– Пока нет. Но я обнаружила для вас информацию о Наллене. Она числится, как непроверенная. Однако с пометкой, что, вполне возможно, именно поэтому попаданка служит пиратам.
– Выкладывай! – я так обрадовался, будто миссия уже выполнена.
Фасталь нес меня слишком уж осторожно, даже я бы сказала – практически нежно. Огибал стены звездолета, чтобы мои ноги их не задели, аккуратно проходил между отсеками. И по лестницам тоже старался идти так, чтобы меня не трясло.
Мы добрались до нужных покоев: тех, где жили я и Дамир. Уже почти год как Фасталь «за особые заслуги перед командой», как он сам в тот момент выразился, выделил мне целый небольшой домик на своей станции. Тут была просторная гостиная, с круглым столом и креслами, будто, мы с сыном, реально, приглашали каких-то друзей. Две спальни: для меня и ребенка, две ванных с джакузи и прочими чудесами местных технологий, и огромный рабочий кабинет. Здесь мы с Дамиром смотрели фильмы или изучали всепланетные новости на большущем виртуальном мониторе мощного суперкомпьютера. Его тоже выделил нам Фасталь.
Мне чудилось – он это сделал исключительно в качестве компенсации, когда Сех не позволил снять ужасный ошейник с сынишки, хотя хестит на этом настаивал. Вроде как поощрительный приз.
Впрочем, я бы лучше жила в маленькой коморке, но собственной и не у пиратов на станции.
Ну да ладно: имеем пока лишь то, что имеем.
Ведь, если бы не Фасталь, мы с Дамиром вообще бы погибли.
Так, что мне теперь грех жаловаться.
Капитан занес меня в гостиную и уложил на мягкий диван.
– Мамочка! – Дамир услышал, что мы пришли, и метнулся ко мне.
– Что с ней? – вскрикнул испуганно.
Я не могла нервировать сына и поэтому открыла глаза.
Фасталь подмигнул, улыбнулся.
Понял? Догадался, что я их всех обманула? Но почему же тогда он столь спокоен и позитивен? Даже не возмущается, не рычит и не угрожает? Да и нес меня сюда на руках. А ведь, если он понимал, что я нахожусь в сознании и только лишь притворяюсь, мог бы заставить идти.
Я удивленно и растерянно изучала лицо капитана. Из-за полного отсутствия бровей он как бы и не мог хмуриться, точнее, это никогда не было особо заметно. Ухмылка и улыбка Фасталя выглядели практически одинаково. Ну еще бы! Он же хестит, и зубы у них заостренные.
Так что я решительно не понимала – какой реакции ждать от капитана.
Дамир подбежал и обнял.
Фасталь же вдруг устроился в кресле и наблюдал, хитро прищурившись.
В принципе, конкретно этому пирату я вполне доверяла. За все время жизни на «Лекалте», Фасталь меня не обидел ни разу, и другим не позволял обижать. Стоило кому-то намекнуть: мол, тут женщина, а нам с парнями женщин редко удается оприходовать, Фасталь сразу же очень жестко и категорично ставил на место зарвавшегося орангутанга. И ни с какими постельными намеками даже близко ко мне не подпускал.
Но сейчас-то я его обманула! Отчасти даже – подставила. Если Сех выяснит, что мой обморок и дурнота – не более, чем постановка… неизвестно, что он предпримет. Меннар – жестокий бандит, без жалости и стыда.
Да и Фасталь – не какой-то там обычный инопланетник. Он – космический преступник, и это никогда нельзя забывать, тем более – сбрасывать со счетов.