– Перестань! Я счастлив тебя видеть. Но я ненавижу то, что ты оказалась в нашем мире именно сейчас и попалась этому подонку! Ненавижу то, что я не могу спасти тебя! Кстати, меня теперь ожидает страшная кара за то, что я не сказал про вторую ипостась? – Опять же, несмотря на весь ужас, Гадор лукаво улыбнулся.
– Да, разумеется. Принудительное харакири. Когда выберемся. Понимаешь, мне нельзя все это: цепи, холодный камень… Беременным стрессы не положены.
– Хм… Кгм… Что-о?! Анечка, милая… Я очень… очень рад… Но как? Я ведь предохранялся! Магически.
И тут я истерично захихикала.
– Анечка, милая, почему ты смеешься? – удивился Гадор.
Он явно опасался, что у меня нервный срыв, а помочь он никак не может.
– Потому что я тоже предохранялась! – сквозь смех ответила я. – Вот как, скажи мне, как они пролезли?!
– Кто они?
– Ну… головастики твои драконьи!
Гадор задумался. Потом почти рявкнул:
– Ты, значит, тоже предохранялась! А ничего, что предохранение – дело мужчины?
– В смысле? – теперь уже изумлялась я.
Ситуация становилась все более комичной. Мы лежим спеленутые, как мумии, в любой момент может прийти жестокий «главгад»… и обсуждаем особенности контрацепции.
– В нашем мире предохраняться или нет и как предохраняться или нет – решает мужчина, – ответил Гадор. – Ведь он решает, нужно ли завести детей. Женщин этот вопрос вообще не занимает…
– Ох! – вздохнула я. – Уверена, что очень даже занимает. Просто мужчины не знают об этом… И… в моем мире женщины только так предохраняются. Вот я и пила таблетки…
– Не хотела детей? – спросила Гадор – без обиды и агрессии, впрочем.
– Ну я ведь думала уйти обратно в свой мир. И конец света был на носу. Потом жалела, конечно, когда думала, что ты погиб. А ты? Не хотел детей, да? Думал, погулять еще?
– Ну нет… Я тоже думал и про возможное расставание, и про то, что в любой момент может приключиться конец света. Было бы безответственно зачать дитя в той ситуации.
– Ну вот, – вздохнула я. Не сердилась на Гадора. По крайней мере, в преддверии конца света он вел себя ответственно. Не пытался зачать ребенка, который с высокой вероятностью погибнет во время светопреставления или будет расти без отца в другом мире. – Оба мы… такие. Непонятно только, как они все же прорвались? Головастики.
– Думаю, наши способы контрацепции нивелировали друг друга, – задумчиво ответил Гадор. – Или оказались несовместимы с моим напитком, который ты пила. В любом случае, Анечка, ты понимаешь, что у нас будет ребенок?!
– Я-то понимаю! А ты?
– И я понимаю. Нужно выбираться отсюда! – Гадор подвигался, словно проверял цепи на прочность, и они закономерно затянулись туже.
Он поморщился.
– Проклятье! – бросил он.
– А у тебя есть идея, как именно? Ты ведь давно тут… – спросила я цепко.
Жаль, конечно, что все драконьи свойства эти мерзкие цепи блокируют. Нам приходится говорить вслух, а любой наш «заговор» может подслушать главгад.
Но что нам еще оставалось?
– Да, есть одно соображение, – тихо произнес Гадор и пристально поглядел на меня.
Словно я должна была прочитать его мысли.
– И у меня есть, – сказала я. И продолжила шепотом: – Сейчас я попробую уйти в другой мир, потом вернусь, найду Самдора и приведу сюда армию драконов.
– Хм… – протянул Гадор. – Не нужно никого приводить! Главное, чтоб ты ушла в другой мир – вместе с нашим ребенком! Хоть… это свойство Истинных драконов. Оно тоже может быть заблокировано!
– Нет, я приведу! – прорычала я тихо. – Я тебя тут не брошу!
А сердце похолодело. Я так рассчитывала на свою новую «сверхспособность». Но Гадор прав. Может и не выйти.
Не вышло. Я больше не ощущала границу между мирами. Проклятая цепь блокировала абсолютно все мои драконьи свойства.
Я поникла. Закусила губу, чтобы не зареветь.
– Ну что там у тебя за запасной план? – тихонько прошептала я.
– Ну… – протянул он, все так же пристально глядя на меня. – Мы можем…
И тут в гроте начал разгораться свет, как будто одна за другой зажигались яркие лампочки. Мы с Гадором замерли, так и глядя друг на друга. Ну, может, я как-то уловлю, что он там хотел мне предложить?
Или… Была у меня одна идея. Очень зыбкая.
А может, и нет. Я сосредоточилась и кое-что сделала. В надежде, что сработает. Если припрет.
Через пару мгновений из-за выступа скалы вышла высокая фигура. Но ничего особенного. Просто очень красивый смуглый брюнет с точеными чертами лица. Дракон то есть. Средних лет на вид.
На нем был такой же, как у Гадора, темный наряд из облегающей рубашки и узких брюк. Волосы до плеч зачесаны назад. Весьма стильно.
– Что же, я рад, что вы вместе в самом конце. И даже не унываете, – криво улыбнулся он.
Гадор перестал гипнотизировать меня и поглядел на него. А дракон приблизился и встал «в изголовье» наших постаментов.
– Может быть, теперь представишься? – резко бросил ему Гадор.
– Ах да… Очень рад приветствовать вас обоих, – вновь усмехнулся дракон. – Меня зовут Габор. Думаю, вы обо мне слышали.
– Что?! – изумилась я. – Тот самый, что ли?!
Ведь Габор – это тот Правитель драконов, что победил злобного императора и пожертвовал собой, чтобы спасти мир!
